Плоть падших ангелов

[Deathclaw 18]

Обратите внимание на время...

 

Итак, в чем суть. Я снова написал фанфик. Идея родилась спонтанно, когда я коротал тяжелые трудо выебудни за чтением комикса "Город Грехов", а в наушниках грохотали [AMATORY]. 65% фанфика являются одной из новелл Sin City, а именно Тhe Big Fat Kill. Я попытался перенести в свою работу всю ту угрюмость и жестокость комикса, вместе с тем соседствующую с высокими чувствами и стремлениями(а также нарочитую нереалистичность и гиперболизацию). А получится ли - решать вам.

 

Фанфик уже лежал на других сайтах и собрал лишь по одному комментарию, нахваливающему хентайную сцену в этой главе. Сцена была выпилена, чтобы не напрягать админов и модераторов и сосредоточить ваше внимание на остальной части фика. Заканчиваю нудить, перехожу к основному.

 

Автор: Deathclaw

Название: Плоть падших ангелов(фанаты Max Payne - ложная тревога, ищите Башня, Дьявол, Смерть.)

Рейтинг: PG-16 или около того. Плавно переходящий в R.

Предупреждения: Насилие, нецензурщина, мрачность, нереалистичность, плагиат.

Описание: По мотивам "Город Грехов - Большая, Смачная Резня". Укрываясь в Старом Городе, на территории Падших ангелов, Сэм работает охранником в стрип-клубе, где, защищая проститутку Рейчел, повздорил с мерзавцем Джеки-боем. Через три дня Рейчел находят мертвой. Предводитель Падших, Гарпия, выносит Джеки-бою смертный приговор. Как выяснилось, это была плохая идея.

 

Это НЕ продолжение предыдущего фанфа о Сэме. Скорее некий альтернативный сюжет.

 

 

 

Верни им небо

Тоску по дому утоли

Посеребри путь

Звездной пылью

 

Верни им небо

Хозяин Света и Любви

И в знак прощенья

Дай вновь крылья

[AMATORY] – Крылья.

 

Плоть падших ангелов.

 

Глава 1.

 

Сэм.

 

Этот парень не понравился мне сразу. Этому не было никаких объективных причин, хотя его типаж был неприятен. Впрочем, чего ожидать от стриптиз –бара в центре Старого Города, самого опасного района Бэйсин Сити? Тут только такие и ходят. Я сам один из таких. Впрочем, это не потому, что у меня супер интуиция, просто он не был одним из нас, он был залетной птичкой, что автоматически ставило его в список потенциально опасных. Сейчас неспокойное время, Синдикат ищет новые лакомые куски от прогнившей туши этого города, и мы как раз живем на одном из таких кусков. Сложилось так, что Синдикат переживал упадок, и им невыгодно сейчас начинать полномасштабную войну против нас, поэтому они ищут способ убрать нас по-другому. Соответственно, нужно все время быть настороже. Впрочем, мое внимание парень занимал недолго. В случае чего с ним разберутся по закону.

Закон здесь защищает не полиция. Закон здесь защищают девочки. Красивые и смертельно опасные. Вооруженные проститутки правят этим районом вместе с другими изгоями, и готовы грызть глотки всем, кто посягнет на их жизнь и свободу. Если у тебя есть деньги, и ты играешь по правилам, они тебе помогут. Но если ты им не понравишься – ты труп. Их логово, Старый Город – своего рода оазис, куда не суются ни копы, ни Синдикат. С полицией у них договоренность о ненападении, подкрепляемая зелененькими, а парням Синдиката просто перережут глотки. Здесь ищут спасения те, кто по воле случая или своей глупости стал врагом обоим. Как я.

Я сидел у стойки бармена, изредка посматривая на сидящего за столиком парня, о котором говорил. Он сидел в окружении других парней, видимо его прихвостней. Это был длинноволосый человек примерно сорока пяти лет, со злобно-угрюмым выражением лица, одетый в кожаную куртку, застегнутую наглухо, кожаные штаны и ботинки. Он дымил тонкой сигаретой, и время от времени прикладывался к стакану с виски. Парень уже был сильно пьян, и вся накопившаяся в нем злость начала вылезать наружу, что выражалось в буйной жестикуляции, резких, неразборчивых фразах и попытках дать в морду одному из сидящих рядом. Похоже, он был сильно обижен на эту жизнь. Такие часто устраивали пьяные дебоши и пытались обидеть девочек, и мне приходилось выпроваживать их прочь. Часто попадались и любители поразмахивать оружием, для чего у меня в карманах плаща лежало два пистолета и раскладная бритва-опаска.

- Эй, беленький!

Беленький – это я. Эта кличка, полученная за мой цвет кожи, к слову действительно настолько белой, что на фоне серости окружающей обстановки это резало глаза, называлась редко. В основном меня называли по имени, а кличку пускали в ход, когда я уходил в свои мысли настолько глубоко, что прекращал отзываться на свое имя.

- Ну? – Я повернул голову к позвавшему меня Марти, бармену. На самом деле его звали Джоном, но все, включая и его самого, называли его Марти. Во-первых, это имя больше подходит для бармена, а во-вторых его любимое бухло – мартини.

- Наконец-то! – С неудовольствием буркнул Марти. – Я уже хотел тебя бутылкой треснуть.

- Не надо. Ехидн и так мало осталось. Что ты хочешь?

- А что ты все косишься на того парня? – Марти кивнул в сторону того типа. – Влюбился что ли?

- Комик тоже мне. – Буркнул я. – Что это за придурок?

- Да хер его знает! - Отмахнулся Марти. – Я слышал, как его дружки называли его Джеки-боем. Про такого вроде ничего не знаю.

- Джеки-бой, значит. Ну-ну. – Задумчиво произнес я. - Как бы этот Джеки-бой бузить не начал. Вставать не хочется.

- Встанешь, иначе зачем тебя Гарпия тут держит? Чтобы ты пиво нахаляву дул?

Гарпия, или Вэнди Данн - главная здесь, сейчас находилась недалеко от меня, и играла в бильярд. Выглядела она как молодая бурая крольчиха с соблазнительной фигурой и симпатичным личиком, но внутри была настоящим дьяволом. Нет, она не была злой тиранкой, но она была настоящей амазонкой, и готова была рвать глотки зубами всем, кого посчитает врагами. Ее любимыми хобби были стрельба и сведение мужчин с ума. Она частенько показушно заигрывала со всеми, но первый, кто подошел бы к ней с предложением скоротать ночь, получил бы в глаз, а тот несчастный, который попытался бы взять ее силой, унес бы свои яйца в правой руке.

- Да уж ради Гарпии встану. – Я облокотился на стойку. – А пока дай-ка мне бутылочку «Бадвайзера», окей?

Тем временем свет в зале погас, и только лампы по краям сцены остались гореть. Последнее шоу перед рассветом. На сцене появились две фигуры девушек в длинных балахонах, скрывающих все, кроме лица. Это были Илона, черная пантера, наверное, самая опасная из девочек, и лисица Рейчел. Рейчел мы нашли недавно, когда разобрались с одним извращенцем с Шотган-стрит. Нашли в подвале, полуживую, всю в синяках и кровоподтеках. После стакана спирта она заплетающимся языком рассказала нам, что этот парень регулярно избивал и насиловал ее на протяжении года с лишним. Как она к нему попала и кто она вообще, она рассказывать не хотела, да мы и не настаивали. Заиграли вступительные аккорды, и все приготовились смотреть и хотеть.

Грохнула бас-гитара, и балахоны взлетели в воздух. Оставшись в обтягивающих черных корсетах и изящных высоких сапожках, они начали танцевать.

 

Вэнди.

 

Когда свет вдруг погас, мне пришлось отложить кий. Вслепую играть в бильярд я еще не научилась. Поскольку делать было больше нечего, я стала смотреть на сцену, где Рейчел с Илоной вытворяли свои пируэты. Они были похожи на отражение в зеркале – каждая в точности повторяла все движения напарницы. Через некоторое время в руках у обоих появились катаны, и изящным взмахом они разрезали друг другу застежки на корсетах. Еще бы миллиметр, и обе выпустили бы друг другу кишки, но на их коже не осталось ни царапины. По залу прокатилась волна оживления. Следующая волна прошла тогда, когда они, словно сбрасывающие кожу змеи, изящно вылезли из корсетов, оставшись в одном нижнем белье.

- Вон ту лису сегодня и закажем. – Сказал вдруг кто-то позади меня. Я обернулась, и увидела угрюмого, длинноволосого парня с сигаретой, неотрывно глядящего на Рейчел. Но смотрел он на нее с какой-то непонятной злобой. Парень явно задумал что-то нехорошее. Затем я заметила, что он привлек не только мое внимание. На него бросал настороженные взгляды Сэм, ехидна-альбинос, пришедший к нам около года назад.

У Сэма был просто нюх на таких уродов, наверное, оставшийся с тех времен, когда он еще был офицером Буллитом, мегахилловским полицейским, воюющим против распоясавшейся шпаны. Не знаю в подробностях, но по какой-то причине он пошел по кривой дорожке, и его путь закончился здесь. Как раз из-за этой его особенности безошибочно вычислять психов я и позволила ему остаться, несмотря на прошлое в полиции. Нет, мы ничего не имеем против полиции, пока что у нас сохраняется шаткое перемирие, поддерживаемое всемогущим долларом, просто многие из наших изрядно натерпелись от копов, и с удовольствием придушили бы парочку, если бы я не приняла меры.

Заметив, что я на него смотрю, Сэм бросил на меня быстрый взгляд и быстро отвернулся в сторону сцены. Тоже своего рода рефлекс, словно он прячет что-то, что я могу увидеть в его глазах. Он не понимает, что здесь такой взгляд почти у всех. Сюда не попадают от хорошей жизни. Знать бы, что там у него случилось. Впрочем, мне-то что?

Девочки тем временем успели сбросить с себя большую часть одежды, и уже щеголяли в одних трусиках. Все в зале одобрительно свистели и хлопали. На их телах была татуировка потрепанных крыльев. Все падшие ангелы носят такую. Не то, что бы это было обязательно, это скорее дань традиции. Не носит ее только Сэм. Все еще думает, что он не один из нас. Наивный дурачок. Думает, что отсюда можно вернуться.

 

Сэм

 

Шоу уже закончилось, и посетители уже начинали расходиться, когда Джеки-бой вдруг схватил за руку идущую к стойке Рейчел и что-то сказал ей. Лисица отрицательно мотнула головой и попыталась высвободить руку, но он вновь потянул ее на себя, крепко сжав локоть. Рейчел дернулась и громко крикнула «отпусти!». В ответ Джеки-бой что-то прошипел, сдавив руку еще сильней. Пора вмешаться, пока не началась заварушка.

Я встал со своего места и неспешно начал приближаться к столику Джеки-боя. Тот к тому времени уже выбрался из-за стола, и порывался уже тащить Рейчел к выходу, когда моя рука легла ему на плечо.

-Отпусти девушку. – Ничего не выражающим тоном сказал я. -

Особо борзые сразу же отвечали «А то что?», те, что потрусливей, отпускали и уходили. Джеки-бой не сделал ни того не другого. Вернее, Рейчел он отпустил, но только для того, чтобы, резко развернувшись, ударить меня в лицо. Чисто рефлекторно я дернул головой, и кулак, вместо того, чтобы сломать мне нос, ударил по скуле. Удар сопроводился вспышкой у меня в глазах, и болью в скуле, будто увеличившейся раза в два. Второй его удар мне удалось заблокировать, в свою очередь ударив самого в грудь. Джеки-боя отбросило к столику, и он, проревев «Ах ты сучонок!», схватил со столика бутылку, еще до половины полную виски, и попытался ударить меня ей по голове. Я попытался было отойти, но мне помешал столик позади. В последней попытке защититься, я подставил под удар руку, и бутылка разбилась мне о запястье, обдав меня осколками и влагой. Запахло спиртом.

Не обращая внимания на боль в руке, я схватил его за руку с осколком бутылки, а второй врезал ему по лицу. В ответ он ударил меня ногой в пах, и, задохнувшись от резкой боли, я отпустил его. Следующий удар в живот заставил меня вновь отлететь к столику.

- Получил, мразеныш! – Победно завопил Джеки-бой. – Мало получил!

Резко подойдя ко мне, он попытался ударить меня еще раз, но я смог уйти от его удара, поднырнуть под его руку, схватить ее и заломить за спину. Одновременно в моей второй руке грозно блеснула раскрытая бритва, кончик которой приблизился к его глазу.

- Только дернись! – Предупредил я. – Я тебе всю харю изрежу.

Тут же его дружки, до поры наблюдавшие за дракой, выхватили пистолеты и направили на меня. В ответ Марти вытащил из-под стойки дробовик, Илона взяла гадов на прицел своих пистолетов, а Гарпия громко лязгнула затвором своего «УЗИ». Другие охранники, енот Курт и лис Фрэнки, тоже достали оружие.

Обстановка накалилась до предела. Казалось, вот-вот кто-то не выдержит и нажмет на курок. Нетрудно представить, что начнется в таком случае. Я крепче сжал во вспотевшей ладони рукоятку бритвы и нервно облизал губы.

- Что, зассал? – С ехидством спросил меня Джеки-бой.

- Не дождешься, ****. – Сказал я ему в ухо. – Лучше убирайся отсюда, пока мы вас всех не пришили. А ты будешь первым.

- Да ты что! Ой, как страшно! – Кривлялся Джеки-бой. – Следом за мной подохнешь ты, и ты это знаешь, дерьмо цыплячье.

- Лучше будет, если ты уберешься. – Процедил я, сильнее заломив ему руку. – Тогда все будут живы.

-Не указывай мне, шпана сраная! – Джеки-бой начал пытаться освободиться. – Ты не смеешь! Не смеешь, мразь!

- Еще как смею! – Лезвие прижалось к его щеке, пустив ручеек крови. – И никогда больше сюда не возвращайся. Иначе...

- Агрх! Ладно, отпусти меня, сучара! – Выплюнул он. – Мы уходим! Но эта не последняя наша встреча!

- Если даже и так, следующая будет последней. – Я отпустил его руку. – И без фокусов. Пошел вон!

Джеки-бой потряс кистью, разминая руку, а затем бросил. – Пошли.

Не убирая оружие, компания Джеки-боя двинулась за ним к выходу.

- А с тобой, сучка драная, я еще рассчитаюсь! – Пригрозил он отошедшей подальше Рейчел и скрылся, хлопнув дверью.

Можно было расслабиться. Гарпия сплюнула на пол и положила автомат. Фрэнк и Курт ретировались в служебное помещение. Я сложил бритву и, убрав ее в карман, пошел к барной стойке.

- Рейчел, ты как? – Спросил я лисицу, пока Марти делал мне коктейль.

- Порядок. – Сказала она. – Только как я домой пойду?

- Я провожу. – Сказала вдруг Нэнси, серая кошка, стоящая недалеко. – Не бойся, все будет нормально!

- Илона. – Крольчиха жестом подозвала к себе пантеру. – Проследи за ним втихаря. А то еще подкараулит.

- Ладно. – Пантера кивнула и ушла в сторону черного хода.

- А ты сам-то как? – Гарпия подошла ко мне, и тут же сморщила нос. – Ну от тебя и воняет!

- Что, серьезно? Чем?

- Дешевым бухлом, вот чем!

До меня дошло, что я с ног до головы облит виски. Адреналин немного схлынул, и я уже ощущал боль в рассеченной скуле и руке, по которой пришелся удар бутылкой.

- У тебя тут душ есть? – Спросил я.

- Наверху, в моей берлоге. – Ответила она. – Шмотки в стиральную машину закинешь.

- Ладно. – И я пошел наверх.

 

Вэнди

 

Когда следы побоища были убраны и последний посетитель покинул бар, я закрыла дверь на замок, а сама подошла к стойке и, выудив оттуда бутылку вина, немного отпила прямо из горла. Это была попытка прогнать непонятную тревогу, которая глодала меня с того самого момента, когда Джеки-бой сказал свою последнюю фразу перед тем, как уйти. Этот парень был обезбашенным начисто, и от него можно было ожидать чего угодно, даже такой глупости, как нападение на проститутку в Старом Городе. Конечно, я на всякий случай послала за ним Илону, а с Рейчел сейчас Нэнси, но меня все равно не оставляло гадостное ощущение из разряда «должна произойти какая-то дрянь».

Треск старенького телефона на барной стойке заставил меня подпрыгнуть на месте. Нервы становятся ни к черту. Я сняла трубку и произнесла в нее. – Алло, кто это?

- Это Илона. – Ответили мне. – Джеки-бой в квартире на Роуд-стрит. Скорее всего, он там живет.

- Хорошо, спасибо. – И я положила трубку.

Я все равно не могла успокоиться. И вино тут, похоже, не поможет. Отставив бутылку на стойку и прихватив автомат, я отправилась наверх, принять душ и спать. Скоро рассвет.

Когда я вошла, Сэм как раз выходил из ванной, завернувшись по пояс в полотенце. Он стоял спиной, и когда я распахнула дверь, он резко развернулся, машинально схватив пистолет со столика.

В этом весь Сэм. Никогда не расстается с пушкой, а сзади к нему лучше не подкрадываться. Сначала мне казалось, что он просто параноик, коих я много повидала за свою жизнь, но оказалось, что дело гораздо сложнее. В прошлом он патрулировал похожий район, где полицейских тоже не жаловали, и был постоянный риск нарваться на пулю. Конечно, тут привыкнешь быть настороже.

- Что ты дергаешься? – Раздраженно спросила я. – Тут все свои.

- Свои... – Повторил Сэм. В его голосе я услышала странные нотки. Хорошо хоть пистолет положил.

-Что ты все время такой нервный? – Я закрыла за собой дверь и сняла куртку. – Ты будто боишься чего-то.

- Я просто осторожен. – Ответил он, глядя куда-то мимо меня.

На миг повисло молчание.

- Что с Джеки-боем? – Спросил Сэм, отворачиваясь и ища, куда он положил остальную свою одежду.

- Вроде ушел. – Ответила я, выкладывая на стол ножи и обоймы к автомату. – Илона сказала, что он на Роуд-стрит. Он тебя тоже напрягает?

- Да, немного. Мутный он какой-то. Явно псих. – Он подумал и вдруг произнес. – Он кажется мне знакомым.

- Как ты мог быть с ним знаком? – Заинтересовалась я, снимая и вешая куртку.

- Не помню. Ай, не важно!

И вновь молчание. Как раз в этот момент до нас обоих дошло, что Сэм все еще в одном полотенце. Заметив, что я осматриваю его, он на миг сменил выражение своего лица с сосредоточенного на растерянное. Спустя миг оно вновь стало прежним, но я успела увидеть, скольких усилий ему это стоило. Мне стало смешно.

- Ты так и будешь смотреть? – Без тени каких-либо эмоций спросил он.

- А что? Стесняешься? – Смех начал прорываться наружу.

- Не хочу тебя смущать. – Ответил он, все так же бесцветно.

- Смущать? Меня? – Я коротко посмеялась. – Большей глупости ты сморозить не смог?

-Хватит ржать! – Ехидна повернулся ко мне спиной и, сбросив полотенце, быстро натянул на себя боксеры. – А почему же глупость?

- Сам посуди. – Пожала я плечами. – Парень не хочет переодеваться, так как боится смутить проститутку.

- Ты не проститутка. – Сказал он, натягивая брюки.

- Да, как же, не проститутка. Это у меня наверное хобби такое было, с мужиками за бабки трахаться. – Зло сказала я.

Сэм полуобернулся и удивленно вскинул бровь. Да, похоже он не знал.

- То есть, ты тоже...

- Да, мать твою, тоже шлюха, только бывшая! Теперь я – сутенерша, черт побери! Раньше торговала своим телом, а теперь чужими! – Меня окончательно понесло. – Я учу их заниматься этим дерьмом! Превращаю их в подобие самой себя! И хуже всего, что все это просто из шкурного интереса! Из-за бабок этого грязного похотливого быдла!

Зачем я ему это сказала? Я не знаю. Я никогда не испытывала желания выговориться – здесь таких историй хватает и без меня. Тем более я не хотела изливать душу ему. Просто... это все копилось во мне... копилось слишком долго... и я не выдержала.

- Я... понимаю. – Услышала я голос Сэма.

- Что ты понимаешь? – Скривилась я, поднимая на него взгляд. – Ни х.я ты не понимаешь! Ни х.я! Тебе никогда не узнать того унижения, которое испытываешь, отсасывая какому-нибудь потному жирному извращенцу на заднем сиденье его тачки! Ты не поймешь, что это такое, когда тебя трахают четыре пьяных, гогочущих подростка!

Чем больше я говорила, тем сильнее Сэм отводил глаза. И это бесило меня еще больше.

- Я их ненавидела! Всех их! – Продолжала я. – А еще больше я ненавидела себя! Но я слишком хотела жить! Я хотела жить!

Удар кулаком в стену и последовавшая за ним боль вернули меня в этот мир. Я резко замолчала, и, вся трясясь, оперлась на стену, опустив голову и закрыв глаза. Меня душила горечь и стыд. Я невыносимо жалела, что допустила этот взрыв. В моей голове крутилась лишь одна мысль.

Я не заплачу! Я не заплачу! Я не заплачу...

 

Сэм.

 

Я никогда не был мастером общения, а утешить готовую расплакаться девушку у меня получалось не лучше, чем у паралитика сделать операцию на мозге гаечным ключом. Тем не менее в стороне стоять я не стал. Это было первым моим шагом навстречу тому, от чего я пытался сбежать все это время.

Взяв с полки бутылку вина и стакан, я откупорил бутылку, влил в стакан красной жидкости примерно на два пальца и поднес ей. – Выпей.

- Иди нахрен. – Сдавленно сказала Гарпия, не поднимая глаз. Я молча поставил стакан на столик рядом с ней и отошел прочь.

Вдруг она схватила стакан и залпом выпила все его содержимое, запрокинув голову. Со стуком поставив его обратно, она подошла ко мне.

- Слушай, я...

- Знаю. Прорвало. – Закончил я, решив ее не мучить. – Я не хотел. Извини.

- Расслабься. – Отмахнулась она. – Тут у большей части та же история. Некоторые с десяти лет себя продают.

- А ты?

- С пятнадцати. Как отчима арестовали. Очень уж кушать хотелось. – Она криво усмехнулась. Эта усмешка была похожа на гримасу боли.

- Еще налить? – Спросил я.

- Не надо. – Она слабо усмехнулась. – Еще окосею. Слушай, можно тебя обнять?

От ее слов я слегка дернулся. Слишком уж неожиданно это было.

- Зачем? – Не найдя, что сказать, спросил я.

- Ну... просто обнять. – С трудом произнесла она. – Мне просто нужно... ну, не знаю... – Гарпия задумалась, пытаясь подобрать слова. Но, кажется, я понимал, что она имеет в виду. Поэтому я осторожно обнял ее за плечи. В ответ она решительно обхватила мою шею руками и положила голову на грудь.

Если бы кто-нибудь сейчас нас увидел, он бы не поверил своим глазам. Гарпия была настоящей неукротимой амазонкой, валькирией улиц, которую многие считали поистине несгибаемой. Каждая ее команда исполнялась беспрекословно и быстро, а ее гнева боялись как смерти. Впрочем, ее и любили, так как за своих подчиненных она могла запросто порвать глотку кому угодно. Она была способна одна выйти против пятерых – и все-таки победить. И эта девчонка сейчас обнимается со мной, пытаясь успокоиться.

Кажется, я слегка потерял над собой контроль. Я не должен был так поступать. Сейчас она не в том состоянии, чтобы остановить меня, и я должен был остановиться сам. И я почти смог. Почти. Какое дурацкое слово.

- Побудь со мной. – Тихо попросила она, подняв голову и взглянув мне в глаза. Я не смог отказать. Вместо ответа я поцеловал ее, сильнее прижав к себе. И это был последний шаг.

 

Вэнди.

 

Приблизительно в полдень я смогла снова с неохотой вернуться в этот мир. Я лежала прямо на Сэме, запустив руки ему под колючки, ощущая тепло его тела и прислушиваясь к равномерному, спокойному дыханию ехидны. Во сне он обнимал меня. Это было приятно. От этой мысли я немного вздрогнула.

Решив, что пора бы уже встать, я освободилась из объятий Сэма и, скатившись на край постели, села на ней. Сэм нахмурился и обхватил себя руками. По его лицу словно пробежала какая-то тень. Глядя на это, я вдруг захотела снова лечь рядом с ним и обнять. Это испугало меня, и я торопливо убралась к шкафчику с бельем. Я поймала себя на мысли, что это было похоже на бегство от... чего?

Натянув новое белье, я принялась неторопливо одеваться, изредка посматривая на спящего ехидну. Он уже не был похож на постоянно сжатую пружину, постоянно пребывающую в нервном, дрожащем напряжении. Наверное, впервые в жизни я видела его таким умиротворенным. Я самодовольно улыбнулась.

В конце концов, одевшись, я распихала по карманам ножи и обоймы и, спрятав под курткой автомат, подошла к двери, собираясь уйти. Остановившись, я, повинуясь какому-то странному импульсу, вновь подошла к кровати, наклонилась к Сэму и осторожно поцеловала его в губы. Оторвавшись от него, я заметила, как он слегка дернул уголками рта, словно попытался улыбнуться. Этот факт оставил меня довольной, и я наконец покинула комнату. Внизу я встретила Марти, Фрэнки и Курта. Обменявшись традиционными приветствиями, я заняла свое место у стойки бара, готовясь встретить очередной день.

Жизнь снова вошла в привычное русло. Позже мы с Сэмом договорились забыть обо всем, будто бы ничего не было. Забегая вперед, скажу, что у нас обоих ничего не вышло. Эта ночь стала нашей общей тайной, а потому неудивительно, что о ней узнали буквально на следующий же день. Впрочем, мне было все равно.

За эти три дня я совершенно забыла о Джеки-бое. Я предпочла бы забыть о нем на всю жизнь. Но судьба распорядилась иначе.

Я спокойно курила у стойки, готовясь вновь открыть бар, как вдруг внутрь ворвалась запыхавшаяся Нэнси и, подскочив ко мне, выдохнула – Там... Рейчел... Убили...

 

Сэм.

 

Ее всю буквально изрезали. Обезображенное тело Рейчел лежало на мокром от ливня асфальте, словно испорченная кукла. Ее убили недалеко от собственного дома. Лужа, в которой она лежала, была красной от крови, льющейся из глубоких порезов на теле и лице. Одежда была изорвана. Ее глаза смотрели в затянутое тучами небо, из которого потоками лил дождь. Вода заливала ее глаза и стекала с них по щекам, словно девушка оплакивала свою трагичную судьбу.

- Джеки-бой! – С бесконечной ненавистью в голосе произнесла Вэнди сквозь сжатые зубы. – Я убью эту мразь! Лично!

Я ничего не ответил. Подойдя к телу, я присел рядом с ней и осмотрел тело. Кожа была сплошь в синяках и гематомах, Порезы были многочисленны и глубоки, но ни один из них, кроме зияющей раны на горле, не был смертельным. Ее мучили. Мучили с каким-то садистским наслаждением, и убили лишь тогда, когда она уже отупела от непрекращающейся боли настолько, что не могла даже реагировать на наносимые увечья.

Сразу вспомнились последние слова Джеки-боя. Все было настолько очевидно, что буквально резало глаза. Эта вопиющая очевидность и вызвала у меня слабые подозрения.

- Что-то здесь не так. – Произнес я, вставая.

- Конечно что-то не так, мать твою! – Взорвался Фрэнк, стоящий рядом. – Я тебе скажу, что не так! Рейчел избили и зарезали из-за сущей херни, а та ****, которая это сделала, до сих пор жива, вот что не так!

- Успокойся. – Попытался остановить его Курт.

- Успокойся?! – Переспросил Фрэнк, угрожающе приближаясь к Курту. – Успокойся...?!

Начать драку ему не дала Илона, молча появившаяся с простыней в руках. Его руки сами собой опустились вместе со взглядом. До него окончательно дошла непоправимость ситуации. Я понимал его.

Фрэнки и Рейчел были неразлучны с самого момента их первого знакомства, когда он вывел ее, грязную и исхудавшую, из подвала, в котором ее держал тот маньяк. Она крепко вцепилась в него и не желала отходить. Он вернула ее к жизни, а она подарила ему любовь. Это был своего рода островок счастья в окружающем море грязи, крови и нескончаемого насилия, глядя на который мы все получали какой-то кусочек этого счастья. И с этим счастьем расправились вот так.

Илона расстелила простыню на асфальте, и та сразу намокла от ливня. Фрэнк бережно взял на руки тело Рейчел и также бережно уложил его на простыню. Убрав с ее лица локон, лис осторожно поцеловал ее в холодные губы.

- Прости, малыш. – Шепнул он.

Ее тело завернули в простыню, на которой тут же расцвели кровавые пятна. Фрэнк нес ее до самого пустыря. Рядом. Стараясь не попадаться Фрэнку на глаза, шагал Курт, держащий в руках канистру с бензином.

Мы не хоронили своих мертвецов. В этом царстве растрескавшегося асфальта сделать это было просто негде. Мы сжигали их на пустыре, облив бензином. Этот способ может показаться циничным, но это лучше, чем выбросить труп на помойку, где он станет добычей бродячих собак.

Дойдя до пустыря, Фрэнк осторожно положил ее на безжизненную, лишенную растительности землю пустыря и отошел прочь. Его глаза влажно блестели. Я взял у Курта канистру и, подойдя к Рейчел, открыл крышку и опрокинул канистру над ней.

Хлынувший из канистры бензин пропитал простыню, распространяя запах топливных паров, смешанный с медным запахом крови. Поставив канистру, я извлек из кармана спичечный коробок и, прикрыв от дождя ладонью извлеченную спичку, чиркнул по коробку.

Истратив три спички, я все-таки добился устойчивого горения и, все также прикрывая огонек рукой, осторожно поднес горящую спичку к облитому бензином телу в простыне. Огонь тут же жадно поглотил тело, а я едва успел отойти, чтобы не быть обожженным. Нехитрый похоронный ритуал был завершен. Отойдя к остальным, я, как и все, отрешенно смотрел на бушующее пламя.

Мои мысли вновь занял Джеки-бой. Конечно, этот парень был сумасшедшим, но он явно не был самоубийцей, чтобы убить ее так открыто, будто он поиздевался над нами таким образом. И все же кроме него сделать это было абсолютно некому. Сомнения с наслаждением терзали мою душу, и я даже не замечал, что высказываю их вслух.

- Что ты там бормочешь? – Спросила меня Вэнди

- Что? А, нет, ничего такого. – Я немного подумал. – Вы убьете его?

- Да, убьем. – Ответила она. – А что? Ты против?

- Нет. – Ответил я. – Просто...

- Просто... что?

- Ничего. Забудь. – Отмахнулся я. – Просто хочу сказать... Хочу сказать, что я с вами.

- Хорошо. – Кивнула она и медленно пошла прочь. Илона и Курт ушли за ней. Обернувшись в последний раз на разносящее тошнотворный смрад пламя, я ушел прочь, оставив Фрэнка наедине со своим горем.

[Deathclaw 18]

Круто, я так пишу, что ни у кого нет слов. Тогда ответьте мне, уважаемые читаели, стоит ли мне продолжать написание этого фанфа, или забросить все к чертям? Может быть, фанф немного жестковат?

[Jelu Enhayo 3]

/Ты не волнуйся, сейчас просто у большей части форума глобалка на слуху. А потому времени на фанфики ни у кого не остается. Потерпи немного, а пока продолжай работу (больше текста всегда лучше для оценки, нежели меньше)./

[Deathclaw 18]

*Тыц!*

Плоть_падших_ангелов.txt

[ReCat 7]

Крууууууууууто!

Мне понравилось.

Пиши дальше.

[Kknewkles 275]

Недурно. Жестоко, с матами, но недурно. Хорошо пишешь. Продолжай. :D

Но выкладывай файлами, чтобы на форуме мат не откладывался. :)

[Deathclaw 18]

Еще одна глава. Кстати фанф будет коротким.

Плоть_падших_ангелов.txt

[Deathclaw 18]

Буду выкладывать, пока не попросите прекратить!

глава_4.txt

[Venom 16]

... и не вздумай прекращать. У тебя талант. Продолжай в том же духе. :)

[Someone 9]

Ох, черт, Дескло, ты ангел, ты святой, ты - мать Тереза, ты - гребаный Элвис Пресли. Ты – Бог.

Если ты не выложишь проду, то я думаю тебе не надо объяснять что я с тобой сделаю? *кивает в сторону катаны*

[Deathclaw 18]

*с опаской смотрит на катану*Да уж, не хочется повторить судьбу Джеки-боя. Постараюсь не подкачать.

[ReCat 7]

еееееее=3 ми понравилось)

[Someone 9]

^^

Хороший мальчик :З

[Deathclaw 18]

Последняя глава, как и обещал.

Плоть_падших_ангелов.txt

[Ёж Пиетт 2]

Адмирал, ну вы даёте!

Аффтар жжот как агнимёт

Медленно вырубаюсь под стол.

Буду рад, если появится ещё что-то похожее в вашем исполнении.

 

p.s. Вы не будете против, если с этого будет случайно снята копипаста? А то вдруг неожиданно обнаружил, что...

[Deathclaw 18]

Спасибо.

 

Копипаста? Ну ладно, если вам так угодно.