hog12

Нет, в ШЗХ замечательная атмосфера и хорошая музыка, но при всём этом, непосредственно геймплеем игра не цепляет. Пожалуй, ШЗХ - первое разочарование, которое меня постигло. После СХ никаких улучшений касательно графики сделано не было. Затем Rivals. Не то чтобы совсем разочаровал, но откровенно не оправдал ожиданий. Оказался очень проходной вещью. Затем Sonic Unleashed, который ОЧЕНЬ порадовал своим потрясающим геймплеем за Соника, и жутко занудным геймплеем за верхога. Sonic Colors. Я правда верил, что из этого может получиться очень хорошая вещь, раз девелоперы взяли лучшее от СУ. Но отвратительный сюжет, проходная музыка и куча ненужных нововведений касаемо виспов сделали своё грязное дело. Самое ужасное, конечно, Sonic4. Не буду вдаваться в подробности, ничего нового тут вы от меня не услышите. Если бы этот проект назывался бы как-то иначе, я, возможно, и смог бы закрыть глаза и пройти мимо, но взяв тайтл именно "Sonic4", девелоперы сами в миллион раз завысили себе планку. Естественно, спустя столько лет, они разучились делать качественные двухмерные игрушки с максимальным уходом в классические традиции. Но тут мало того, что графика вышла до ужаса пластмассовой, так ещё и ничего нового с идейной стороны привнесено не было! Фактически, чистой воды халтура, притом почти не скрываемая. Лично меня не хватило даже на то, чтобы добить последнего босса, хотя я всегда отличался тем, что проходил нравившиеся мне сониковские игры на все 100.

Ну, ты, видимо, вымирающий вид (:

23 июня 2006 Так прошло несколько месяцев. Вслед за зимой наступила весна, а потом подоспело и тёплое лето. Много событий произошло с тех пор, но все они слишком незначительны, чтобы посвящать им отдельную главу. Миша продолжал обучаться рисованию каждую ночь, так что вскоре это занятие превратилось в неотъемлемую часть его повседневной жизни, как завтрак, обед и ужин. Подготовительные курсы закончились, едва начавшись, и нашему герою было очень тяжело прощаться с новыми знакомыми. Можно сказать, он пережил внутри себя маленький конец света. Школьная жизнь по большому счёту оставалась такой же рутинной и безынтересной, разве что только лица учащихся стали чуть взрослее. Дима всё реже появлялся на уроках. Говорили, что он тяжело заболел, ни никто не знал, чем именно. Вова постоянно ходил в одиночестве, потому как из-за нехороших слухов люди опасались с ним контактировать. Тем не менее, учителям он очень нравился благодаря своей смышлёности. Накануне старшеклассников пугали единственным государственным экзаменом, но на деле, как вскоре выяснилось, он оказался не таким уж и страшным. Его сдал даже самый последний двоечник. Миша получил превосходный аттестат, где красовались одни пятёрки и четвёрки, правда, за исключением алгебры, по которой у него стояла единственная тройка. Лера закончила школу вообще без четвёрок, несмотря на то, что с трудом умела сосчитать до десяти. Примерно месяц назад в школьных стенах отшумел последний звонок, где весь класс заставляли хором петь никому не нужные, затёртые до дыр песни, и ставить праздничный спектакль, прыгая по сцене и кидаясь в людей заученными наизусть диалогами. А сегодня, когда все беды уже вроде бы позади, должен был состояться прощальный выпускной вечер. Было решено назначить сбор в баре, находящимся неподалёку от школьного здания, в девять часов вечера, но перед этим Мише требовалось заехать в университет и отдать творческую папку. За многочисленные часы бессонных ночей там набралось такое внушительное количество работ, что он мог открыть у себя дома собственную картинную галерею! Впрочем, наверное, это преувеличение, ведь когда человек совершенствуется, то его самые первые работы начинают казаться ему жутко смехотворными, и он выбрасывает их, стыдясь показывать остальным. Погода радовала глаз. Яркое солнце, пушистые деревья и люди в лёгкой цветной одежде. Джинсы сменились шортами, а толстые неуклюжие куртки, делающие из человека пингвина, майками без рукавов. Небо было безоблачным – лишь изредка там проскакивали белые пятнышки. Холодная вода скупалась в ларьках даже быстрее, чем её успевали завозить. Одним словом, приближение июля давало о себе знать. Миша шёл по дороге с огромным чемоданом в руках, насвистывая привязавшуюся модную мелодию, которая этим летом звучала из всех колонок. Он стучал в такт ритму ладонями по поверхности чемодана, сидя в вагоне электрички. Он покачивал головой из стороны в сторону под стать песенке, когда проходил между построившимися в ряд фонарными столбами. Наконец, двери университета. Первый этаж, поворот направо, затем двадцать шагов по прямой и снова направо – Миша уже спокойно мог ориентироваться в этих стенах. У дверей приёмной комиссии стояла небольшая очередь. Наш герой присел подождать своего звёздного часа и, открыв папку, снова принялся пересматривать свои рисунки. Пожалуй, ещё десять, а лучше двадцать из них он мог бы выкинуть без угрызения совести. Да, он бы запросто перерисовал их с закрытыми глазами за считанные минуты, притом гораздо оригинальнее. Но вот подошла очередь. Герой осторожно постучался и просунул голову в проём. За компьютерами сидело четыре пожилые женщины в узеньких очках и активно что-то перепечатывали. Одна из них подняла глаза на Мишу и спросила, по какому поводу тот сюда явился. Абитуриент молча просунул в дверь чёрный чемодан. Женщина приоткрыла рот и понимающе кивнула. Она велела положить его в коробку рядом с другими творческими папками. Миша подошёл к коробке и увидел там несколько жалких тетрадочек. Даже если сложить их всех вместе – принесённый им чемодан всё равно окажется больше. Тут наш герой признал, что всё-таки немного переборщил с размахом. Он оставил чемодан рядом с коробкой. Далее его попросили заполнить бланк с именем, фамилией, датой рождения, а также прочими формальностями, и он со спокойной душой отправился на выпускной. Вообще, Миша откровенно не любил проводить ночами напролёт во всяких барах, но этот случай был особенным. Такое событие как прощание с прошлой жизнью было нельзя игнорировать. Его не прельщали глупые пляски под однотонную электронную музыку и выяснение отношений насчёт того, кто кого уважает за стойкой бара, поэтому сегодняшней ночью Миша просто сидел в кругу друзей с бокалом шампанского в руке. Время от времени, когда народ начинал затухать, откуда ни возьмись, в зале появлялся тамада и искрил убогими второсортными шуточками. Когда он заканчивал, ему начинали хлопать – то ли из вежливости, то ли радуясь, что он, наконец, заткнулся. Мише приходилось натягивать улыбку, поскольку на самом деле в его глазах происходящее выглядело невообразимо скучно. Громко играли какие-то песни с совершенно примитивными рифмами. Мише хотелось уйти, но теперь уже было неудобно. Едва закончилась пятая песня, как к нему подсела Лера, отдышаться после танцев. Она была уже чуток пьяна. Затем все подняли бокалы, и прозвучал тост за светлое будущее или что-то в этом роде. Тут Мишу толкнул какой-то парень, спешивший обратно на танцевальную площадку, и он пролил содержимое своего бокала на белое платье Леры. Та в ужасе откинулась к спинке стула. Обеими руками она схватилась за голову и ахнула. Некрасивое пятно коварно расползалось по её наряду. Миша шарил по столу в поисках салфетки. С гневным видом девушка повернулась лицом к нашему герою. Он казался ей назойливым москитом, который никак не даёт заснуть своим жужжанием, и которого хочется поскорее прихлопнуть. Парень только что посягнул на её гордыню. Миша извинился за свою оплошность, но пыл Леры это не остудило. - А сейчас ты пойдёшь в туалет и отмоешь это пятно. Немедленно! – сказала она. -Да, конечно. Только не надо паниковать, - согласился Миша, дабы не разводить скандал. Он принял в оборот тот факт, что отец Леры очень влиятельный человек. И если она пожалуется ему. Естественно. Преувеличив ситуацию в десяток раз, Мише явно не поздоровится. Они поднялись и пошли в уборную. Затем капризная Лера настояла, чтобы они пошли в женский туалет, потому что она девочка, а он, раз провинился, должен выполнять каждую её прихоть, пока та его не простит. Ребята остановились у раковины с зеркалом. Миша включил кран и попросил Леру подойти ближе, чтобы он смог оттереть пятно, но та наотрез отказалась, сказав, что если подойдёт ближе, то её может забрызгать водой, а она не хочет быть мокрой. Героя начинали постепенно раздражать выходки девушки, но он старался держать себя в руках. Миша попытался пошутить, что она не ведьма, чтобы так сильно бояться воды. Лера гнула свою линию. Повысив голос, ученик одиннадцатого класса спросил, как же тогда она хочет, чтобы он без воды оттёр её пятно. Без лишних раздумий, выпускница ответила, что ждёт, чтобы провинившийся в таком случае собственноручно снял с неё платье и застирал его. Миша внимательно окинул взглядом стоявшую напротив него персону. Похоже, она действительно была настроена серьёзно. Миша цинично усмехнулся, но, тем не менее, подошёл к ней почти вплотную. Ничуть не смутившись, одноклассница по-прежнему пыталась смотреть на него сверху вниз. Текущее положение, признаться, порядком смущало нашего героя, поэтому все движения его были медленными и неловкими. Лера поторапливала юношу, говоря, что не хочет проторчать здесь всю ночь, и что, если через десять минут она не будет танцевать с остальными в кристально чистом платье, то Мишу будут ждать большие неприятности. Вспотевшими пальцами, он стал аккуратно расстёгивать молнию на её спине. В этот момент дверь отворилась, и в помещение вошли две девочки. Миша видел их много раз, но лично знаком с ними не был. Увидев перед собой в женском туалете парня, стоящего чуть ли не впритык с полуголой девицей, дамы, разумеется, подумали не то, и первой их реакцией был пронзительный крик. Смекнув, в чём дело, Лера решила подыграть девочкам и сделала вид, будто пытается вырваться из объятий Миши. Она начала кричать, чтобы тот отпустил её и никогда не прикасался, а девочек позвала на помощь. Те, забыв о том, ради чего сюда изначально пришли, мигом выбежали обратно, а наш герой, поставленный в ещё более неловкое положение, застегнул молнию обратно и сжал руки в кулак. Лера продолжала кричать убегающим свидетельницам, что этот парень домогается её. Миша грозно что-то проорал в ответ и даже замахнулся на неё, но потом пожалел, обратив внимание на хрупкое женственное лицо. Проклиная себя за излишнюю покорность и доброту, он вышел, а девушка залилась истерическим хохотом и, опершись о бетонную стену, долго смотрела ему вслед. Всю остальную часть выпускного вечера наш герой ловил на себе косые взгляды. На несколько ближайших часов он стал главным предметом обсуждений. А Лера вскоре вышла из туалета и продолжила веселиться, как ни в чём не бывало. Что ж, награда за отзывчивость далеко не всегда приходится по вкусу. Будь готов к тому, что если ты показываешь свои чувства, однажды, кто-то может на них сыграть. Вскоре празднующие разделились на две группы: тех, кто оставался полон энергии и продолжал прыгать на разноцветной сцене под взрывающую уши музыку и тех, кто перебрал с алкоголем, а потому неподвижно сидел, забившись с кислым лицом в угол. Миша, правда, не относился ни к тем, ни к другим. Было множество конкурсов, например, кто надует больше воздушных шариков за отведённое время или кто первым придумает рифму к заданному слову. Наш герой отказался от участия, дабы не давать повода для ещё каких-либо шуток в свой адрес. Вот за окном начало потихоньку светать и в колонках зазвучала грустная песня о прощании. Её лирический текст очень глубоко запал выпускнику в душу. Там пелось о том, что всё в этом мире когда-то приходит и уходит, но если ты не хочешь уходить, то всегда можно найти повод остаться. У человека всегда есть выбор. Следует делать не то, что необходимо, а то, что хочешь лично ты, не задумываясь о последствиях. Много слёз потекло под эту песню. Вчерашние школьники боялись смотреть вперёд, в неизведанные дали, где всё кажется таким непривычным, и рядом больше нет человека, который мог бы тебя направить. Рубикон перейдён. Мосты догорают, опадая в бездну. И каждый знал, что в противоречие звучащей композиции, никто из них уже не сможет вернуть былую жизнь, потому как с сегодняшнего дня это пройденный этап. Девочки тихо подпевали, отводя жалобный взгляд, чтобы никто не видел их переживаний. Миша же стоял совершенно спокойным. Вряд ли он сдерживал набегающие эмоции. Скорее, герой просто никогда не задумывался о том, что какая-то часть его повседневной жизни может взять и испариться в одночасье. Действительно, ведь уже десять лет подряд, просыпаясь, он идёт к одному и тому же зданию, видит тех же людей, слышит те же фразы. Неужели, всё способно так неожиданно закончиться? Неужто, по прошествии лет, школьные воспоминания забудутся, словно сон? Финальная песня отзвучала, и ребят выпустили на улицу. Солнце, только-только сменив луну, ещё не успело прогреть землю, поэтому было достаточно прохладно. Свежий воздух приятно ударил в нос. Он казался особенно свежим после того, как выпускники провели порядка семи часов в тесном душном помещении. Они дошли до фонтана и решили немного посидеть на лавочке. Кто-то, кому было сильно плохо, даже попытался сделать из него пару глотков воды, однако, лучше ему явно не стало. Народ говорил о всяких мелочах, которые и самим им были неинтересны, лишь бы не расходиться, потому как знали наверняка, что разбежавшись, больше уже никогда не встретятся таким составом. Наконец, когда темы иссякли, Саша сказал Мише: - Ну, кажется, вот и всё. Мне было очень приятно с тобой общаться, Миш. - только не говори так, будто мы никогда не увидимся. Школа закончилась, но дружба-то по-прежнему есть! – раскинув руки, с широкой улыбкой произнёс Миша. - Видишь ли… Я переезжаю, - виновато опустив глаза, проговорил Мишин друг. - Что? Когда? Почему же ты сообщил это мне только сейчас? – остолбенел герой. - Послезавтра. Я решил поступать в университет в Петербурге. Но мы можем писать друг другу. Я обязательно сообщу тебе новый адрес, как только окончательно перееду. Пойми, для меня очень важно учиться там, - пытался объясниться Саша. - Хорошо, езжай… И удачи. Она понадобится, я знаю. Да, поможет тебе человек-звезда! – пошутил Миша. Они пожали друг другу руки и разошлись, не оборачиваясь. Наш герой надел наушники, дабы перебить печальные мысли. Он не смотрел на идущих навстречу прохожих – только под ноги. Люди проживают всё: как хорошее, так и плохое. Невозможно заморозить понравившееся тебе мгновение на вечность, ведь жизнь есть движение. Всё, что в наших силах – запечатлеть эти мгновения на фотографиях и поставить в рамочку, чтобы любоваться долгими вечерами. Память беспощадна. Она может приносить невиданную боль, несравнимую абсолютно ни с чем. Эту рану нельзя вылечить ни таблетками, ни бинтами. Из нежного зверя она способна превратиться в терроризирующую сознание занозу, и тогда единственный способ вытащить её оттуда – накормить висок свинцовой пулей. Но этого наш герой, естественно, делать не собирался. Наоборот, он был убеждён, что суицид – чёрный выход для слабаков, решивших прервать игру на середине. Конечно, сейчас некоторые из читателей посмеют возразить, сказав, что для совершения самоубийства требуется большая отвага и храбрость, но подумайте, насколько тяжелее встать с колен и продолжать бороться с напором трудностей! Побеждают только те, кто борется. Уставший после бессонной ночи, Миша решил как следует выспаться. На часах было семь утра, но это ничего – ведь теперь больше некуда спешить. 14 июля 2006 Предыдущие три недели заставили Мишу нервничать в таких количествах, в каких он не нервничал за всю свою жизнь. Тридцатого числа ему позвонили из деканата и сообщили, что он допущен к сдаче экзаменов. В этот же день счастливый абитуриент узнал, что половину друзей, с которыми имел честь познакомиться на курсах, не допустили. Это особенно сильно его задело, учитывая, что парень только-только распрощался со своей школьной жизнью. Тем не менее, парень не переставал рисовать, даже когда творческая папка была уже сдана и, благодаря напористости, успешно преодолел экзамен по истории в картинках. Следом за ним, почти не оставив времени на то, чтобы передохнуть прогремела изобразительная композиция. В этом туре нужно было нарисовать на ватмане всего одну картину на заданную тему, но так, чтобы по ней можно было прочитать весь сюжет. К слову, представлять работу в рисованном виде было уже вовсе необязательно – её можно было также вылепить из пластилина или сшить. Приветствовалось любое нестандартное мышление. Да, без него и никак, если учесть те абстрактные темы, которые предлагал комиссия. Изрядно попотев, наш герой преодолел и это испытание. Однако, надо заметить, что к концу экзаменов почти все друзья Миши слетели – оставался только Макс. Складывающаяся ситуация сильно подорвала душевное состояние абитуриента. Но он бился до конца. Оставалось только собеседование, которое должно было расставить всё по местам. Сегодняшний день должен был решить дальнейшую судьбу нашего героя. Взяв себя в руки, Миша не спал перед экзаменом двое суток, просматривая фильмы и зазубривая биографии режиссёров. Как следствие, у него всё перемешалось. Начало экзамена объявили в одиннадцать утра, но абитуриент был здесь уже без чего-то десять, с огромным рюкзаком умных книжек. Признаться, он очень волновался. Экзаменуемые сидели на полу и ждали, пока назовут их фамилию, чтобы можно было войти. Кто-то томился в ожидании, а иной наоборот, прислушивался с опаской. Прошло по меньше мере часа четыре, прежде, чем прозвучала фамилия парня. Сжав руки в кулак, он вошёл внутрь. Как оказалось, аудитория выглядела вполне обыденно. Посредине помещения стоял одинокий стул, а перед ним красовались сдвоенные друг с другом парты, за которыми сидела отборочная комиссия. Она состояла из четырёх человек, среди которых присутствовала описанная ранее Елена Борисовна, и ещё двое, коих Миша видел в первый раз. С правой стороны сидел коротко постриженный темноволосый мужчина средних лет со стильной треугольной бородкой и почему-то всё время молчал – по всей видимости, их будущий мастер. На столах у них покоилось много разных бумаг, но герой не смог разглядеть каких именно. Слева сидел лысый дядька с большим носом. Несмотря на свой преклонный возраст, он вполне живо вращал головой, следя за каждым движением, происходящим в этой комнате. После любой сказанной Мишей фразы дядька морщил лоб и уходил в глубокое осмысление. Заметив сильную скованность мальчика, женщина в очках попросила его расслабиться. Тот натянуто улыбнулся. Экзаменаторы пошли издалека – они спросили, как ему пришла идея поступить сюда, затем узнали, был ли какой-то опыт работы до сего момента, и, наконец, подобрались к проверке знаний. Миша старался дышать ровно. Елена Борисовна открыла лежащий перед ней альбом, внимательно пролистала страницу за страницей, а затем развернула лицевой стороной к допрашиваемому, и поинтересовалась, кто написал ту или иную картину. К удивлению обоих он без запинки отвечал, щёлкая вопросы, будто орехи. Тогда за дело взялся другой педагог. Он откуда-то достал другой альбом, где находились картины посложнее, и начал штудировать по ним жертву. Миша снова показал чудеса искусствознания. Далее пошли вопросы, непосредственно касающиеся кинематографа. С каждой победой допрашиваемый чувствовал себя всё увереннее. Мужчина с короткой стрижкой постоянно что-то помечал у себя на листе. Мише приходилось выбирать слова, дабы его правильно поняли, и ни у кого не возникало желания подкопаться. Вот они переглянулись между собой, затем поблагодарили мальчика и отпустили. Стоит упомянуть, что если здесь десять минут времени протекали, будто песок сквозь пальцы, то там, на допросе, казалось, длились целую вечность. Миша был горд тем, что достойно выдержал последнее испытание. Следом за ним в дверь вошёл Макс. Наш герой подошёл к окну подышать свежим воздухом. Погода стояла невероятно душная. Столбик термометра не опускался ниже отметки в сорок градусов Цельсия уже третий день подряд, что само по себе попахивало аномалией. Миша опёрся локтем на подоконник, но тут же, зашипев, отпрыгнул в сторону. Ибо тот был настолько раскалён, что, пожалуй, на нём можно было разогревать холодную пищу. Солнце замерло в зените. Воздух был сухим. От дорожного асфальта шло испарение, создающее волшебный эффект преломления. Подобно тому, как носят зонтики в дождливую погоду, сейчас пришло время носить их от атакующих солнечных лучей. По коридору ходили другие абитуриенты и старательно что-то заучивали. А ему, ответившему, стало так легко, теперь он будто бы не с ними. Пока другие суетятся или сидят, сжав колени, наш герой может позволить себе положить ногу на ногу и просто наслаждаться моментом. Вот вышел Макс. Он захлопнул дверь и позвал следующего.

девушки ненавидят видеоигры?))) Вспомните The Sims.

Трость рулит. Но это чисто визуально. А вообще не знаю зачем мне зонтик (:

Если наш герой сильно, как сейчас принято изъясняться, парился по поводу правильности их местонахождения, то Макс вовсе наоборот – чувствовал себя вполне уверенно. Видимо, ему часто приходилось бывать в незнакомых местах и это стало уже чем-то вроде игры в прятки, но только не с людьми, а с домами. Пока они шли, светловолосый парень решил закурить. На фоне сегодняшних событий Миша спокойно отреагировал на его решение. Справа от тротуара в ряд стояли автомобили. Все полированные, искрящие свои безмерно надутым пафосом. По крайней мере, так казалось Мише на тот момент. Макс спросил о том, как наш герой нашёл это заведение и долго ли он собирался сюда, но разговор не удался, потому что, завидев нужные двери издали, они, забыв обо всём, тотчас же рванулись к ним. Если верить наручным часам, собрание началось уже десять минут назад. Опаздывать на первую же встречу было бы неприлично. Внутри здания ребята встретили сверкающие полы и высоченные потолки, а на стенах висели портреты ещё неизвестных Мише людей. В нос ударил резкий запах творчества. Он окутал каждую комнатку, каждый коридор. Где-то тянуло ни с чем несравнимым запахом масляных красок; откуда-то ещё тянулись запахи чернил, и слышалось приятное скрежетание карандашного грифеля по листу белой бумаги, аккуратно приколотой к мольберту четырьмя кнопками. Трудно описать, что именно есть запах творчества, но уверен, если вам когда-либо доведётся им насладиться, то вы уже никогда не спутаете его. Большие зеркала, люстры, свисающие вниз головой, будто затаившиеся летучие мыши – здесь всё казалось таким огромным, что Миша даже на секунду подумал, будто находится в какой-то сказке про гномов. Однако Макс быстро оторвал его от мечтаний. Он спросил у охранника на вахте, где находится двести шестнадцатая аудитория и поспешил на собрание. Дверь была слегка приоткрыта. По ту сторону доносилась чья-то речь. Ребята решили незаметно проскочить без стука, но их план обрушился, даже не начавшись. Пожилая женщина невысокого роста, в очках и с пачкой бумаг в руках грозно смотрела в сторону наших героев. Все остальные сидели и слушали её. Судя по всему, она была почитаемой персоной в этих стенах. Небрежно поправив очки, она спросила: - Ребята, вы тоже на собрание? Как вас зовут? Почему вы позволяете себе опаздывать? - Миша, - робко ответил любознательный юноша, чувствуя, как его тело сверлят десятки глаз. - Макс. Извините, мы долго не могли найти кабинет. Тут, знаете ли, всё так запутано, - ответил Макс. - Ох, друг мой, - заострила своё внимание почему-то только на одном Максе пожилая женщина, а потом, театрально выдохнув, добавила, - отчислила бы тебя сразу. Но тогда сперва придётся взять… Так вот. Повторяю специально для тех, кто опоздал: сегодня у нас первая встреча, поэтому вначале мы будем знакомиться друг с другом. Каждый из вас по очереди встанет на моё место и расскажет немного о себе. В процессе зал может задавать рассказчику вопросы. Ну, что, кто первый? - Давайте я, раз никто не хочет, - подняла руку коротковолосая девочка с середины зала, а затем встала, отряхнулась, и началось, - Привет всем. Меня зовут Вика. Я поступаю сюда первый раз, потому что только-только закончила школу. Если говорить честно, то идея здесь учиться была принята моими родителями ещё тогда, когда я была крошечным детёнышем. Папа часто водил меня на съёмки к себе на студию, поэтому мне хорошо известно, как проходит кино процесс. Не так давно я начала баловаться камерой и снимать разных знакомых актрис. Там не было ничего серьёзного, но всем нравилось… Что ещё вам рассказать. Ни петь, ни танцевать я не умею, но смотреть на то, как поют и танцуют другие, просто обожаю! Мы частенько ходим с мамой смотреть спектакли и оперу, потому что она уже много лет там работает, и, соответственно, нам всегда там рады. Вот такие пироги. - Молодец, Вика, умница-девочка. Что-то мне подсказывает, что ты окажешься очень способной девочкой. Видите? Не так уж это и страшно. Давайте, поторапливайтесь, кто там следующий? Помните, что мы ограничены во времени, - жестикулируя неправо и налево, командовала пожилая женщина. - Пусть буду я, - отозвался с последних рядов макс и, споткнувшись три раза перед тем, как выйти на сцену, продолжил, - Начнём с того, что меня зовут Макс. Хотя, чего уж там, вы это итак знаете. Несмотря на свой юный вид, школу я закончил уже несколько лет назад. Мать у меня состоит на должности продюсера в одной перспективной фирме, а отец – ведущий оператор четвёртого канала. Хотя до ведущего он дослужился только полтора года назад, а до этого был ассистентом. Я пошёл в этот университет, потому что все остальные показались мне до невозможности скучными. Немного занимался рисованием, потом потянулись руки к лепке… но быстро бросил. Не моё это. Снимать на студиях пока ничего не доводилось, но очень горю желанием. Вроде всё сказал. Ах да, живу в Москве. Вот теперь точно всё. Миша смотрел на активно выступающих ребят, и с каждой следующей речью ему становилось всё более неловко находиться тут. На фоне этих сынков и дочек великих людей он чувствовал себя таким ничтожным, что готов был провалиться сквозь землю. Стоило ли ему вообще совершать такой необдуманный поступок и соваться туда. Где тебя явно не ждут? Достаточно посмотреть в их глаза, чтобы убедиться – у этой девочки хорошая жизнь куплена со скидкой и гарантийным талоном. Места забронированы на несколько поколений вперёд. Им не о чем беспокоиться, когда они стоят за плечами таких могущественных персон. Что ж, пора привыкать к тому, что не все дороги открыты в этой жизни. Как бы там ни было, уходить было уже поздно. Ютясь в углу, Миша судорожно перебирал в голове слова, которые можно было бы использовать для речи, но ничего не находил. Преподавательница, несмотря на свой пожилой возраст, вела себя достаточно активно. Пожалуй, если бы не её сморщившаяся кожа, ей можно было бы дать лет под тридцать, а то и меньше. Наконец, подошла очередь нашего героя. Он нехотя поднялся со своего места и пошёл вперёд. Весь путь Миша чесал локоть, хотя на самом деле ничего не чесалось. Ему было некомфортно ощущать такую мощную дозу внимания по отношению к себе. Вот он встал, и перемялся пару раз с ноги на ногу в раздумьях. Когда тянуть больше было невозможно, герой, наконец, начал: - Меня зовут Миша. Я заканчиваю одиннадцатый класс. В отличие от ваших всех, мои родители совершенно никак не связаны с кинематографом. Да что там говорить, я и сам всерьёз задумался об этом сравнительно недавно. Почему именно это учебное заведение? Просто, мне кажется, что это очень здорово, когда ты можешь воссоздать из своих мыслей целую альтернативную реальность на экране, целый мир со своими собственными правилами и законами. Можно убрать оттуда все недостатки и населить его только теми, кем хочешь. Только так ты можешь переселиться в тело другого человека и попробовать пожить за него… В общем, не знаю как описать. У меня, к сожалению, нет никаких знаний касательно кино… Мне это интересно… После речи Миши не было поднято ни одной руки и не прозвучало ни единого вопроса. То ли все попросту устали, то ли никому было неинтересно слушать нашего героя. Преподавательница отпустила ребят на десятиминутный перерыв, пообещав в продолжение занятия зачитать маленькую лекцию, дабы ознакомить их с базовыми вещами. Ребята пошли в столовую. Миша спустился за ними, хотя есть ему вовсе не хотелось. Внутри он проклинал себя за все когда-либо совершённые бездумные поступки. Надо заметить, что группа насчитывала всего десять-пятнадцать человек, а это было куда меньше, нежели школьный класс. К тому же, здесь каждый был индивидуальностью, уникумом с неповторимым характером и внешностью, а не серой массой, как там. Смешанные чувства обуревали Мишу. В столовой, пока остальная группа стояла в очереди, наш герой сел за отдельный столик. Он упёрся правой щекой в ладонь и уставился смотреть на солонку с солью. Было очень шумно, однако, этот шум не раздражал. Наоборот, он успокаивал, в некотором роде даже согревал, потому что целиком состоял из разговоров творческих и амбициозных. Сам того не подозревая, Миша заметил, как водит солонку по столу из стороны в сторону дрожащей рукой – настолько он был погружён в свои мысли. Вдруг его окликнул кто-то сзади. Он повернулся и увидел Макса. Тот жестом руки звал его подсесть к ним. Ему было очень неудобно отказаться. Когда Миша подсел между несколькими ребятами из группы, уже вовсю шла напряжённая дискуссия, в суть которой он так и не смог вникнуть. Как результат, группа разбилась на множество маленьких коллективов по интересам. Естественно, Макс заметил, что с Мишей что-то не в порядке и спросил: - Ты по какому поводу так паришься? Бабка эта не понравилась? Да, мне тоже кажется, что мы с ней не в ладах будем… Эх… Странно, чего это она меня так невзлюбила сразу… - Да не о том я… Просто… Ну… Вы такие пафосные, аж глаза режет. Мне жарко находиться рядом с вами, я сгораю в лучах пафоса, - попытался свести всё на шутку Миша. - Ты серьезно, что ль? Да ну, прекрати! Это бред собачий! Не имеет значения, у кого кто где работает. Поступаешь же ты! Значит, рассчитывать приходится только на себя. Короче, не бери в голову. Реально, забудь, - одарил нашего героя весьма дельным советом Макс. - Как будто я не знаю. Что говорю! Известно же, что у таких людей всё заранее оплачено. А у меня таких денег нет. Я их вообще в таком количестве никогда не видел, - ответил Миша. - Такое, конечно, тоже случается, но это совсем не повод поворачивать на полпути. Ты не задумывался, как же сюда тогда поступали нынешние гении кинематографа? Да, у половины из них, если не у большинства, не было никаких связей! Если у тебя есть цель в жизни – добивайся её любой ценой. Достичь способен любой, - попытался успокоить Мишу Макс. - Раньше было другое время… Сейчас всё тысячу раз поменялось, - грустно изрёк наш герой. Возможно, Миша и сгущал краски, но вот только никогда не признавал этого. Будучи в глазах иных людей пессимистом, сам же он величал себя рассудительным реалистом. В результате беседы Макс внушал Мише надежду, если не на светлое, то уж точно на высветленное будущее. Перерыв закончился, и вторая часть занятия прошла не так волнительно Преподавательница рассказывала много интересных, но неправдоподобных, а порой и абсурдных вещей. После конца занятий ребята ещё немного посидели в столовой, а потом дружно отправились пешком до метро. На первых порах Миша, правда, всё ещё чувствовал себя чужим, потому что банально не мог поддержать тему кино из-за нехватки знаний, но со временем это ощущение стало отступать. Вскоре они простились и разъехались в разные стороны. Этот день оставил невыразимо глубокий отпечаток в душе нашего героя. Он мог стать началом нового этапа жизни. 24 февраля 2006 С тех пор прошла ровно неделя. За это время Мише успел полюбиться университетский коллектив куда больше, чем школьный за десять лет. Оно и понятно, ведь если все ребята устремились поступать в одно место, значит их что-то связывало. Ровно настолько, насколько студенческая жизнь начинала увлекать Мишу, настолько же тусклым и безынтересным становилось его пребывание в школе. Сегодня вечером он снова должен был встречаться со своей группой, чтобы пойти в Третьяковскую галерею. Преподавательница, та самая пожилая женщина в очках, которой звали Еленой Борисовной, наказала ребятам сделать к следующему занятию небольшой актёрский этюд на одну из картин известных русских художников. Кроме того, Мише не помешало бы поднять общий культурный уровень. Ох уж это школьная жизнь! Так надоело видеть старые, почти не меняющиеся с годами коридоры, разве что кому-то вдруг понадобится перекрасить их из одного цвета в другой. Надоели громкие звонки, магическим образом собирающие учеников из столовой по учебным классам. Достали утомляющие звуки пишущего по противной зелёной доске мела, который то и дело крошится, пачкая твои пальцы. А там всё новое, неизведанное! И дышится даже как-то свободнее! Сидя на первой парте и рассеянно смотря из окна куда-то вдаль, Миша представлял новую жизнь. Остальные дети бегали по коридору, ибо была перемена. Вот к старшекласснику подошёл Саша. Он спросил его, почему тот сидит один, и Миша поведал ему свою историю максимально подробно, пытаясь передать всё, что чувствовал в этот момент. Саша внимательно выслушал приятеля, но к концу рассказа на его лице читался, скорее, испуг, нежели воодушевление. Он с минуту побарабанил пальцами по столу и сказал: - Но ведь туда, куда ты говоришь, почти невозможно поступить простым смертным людям вроде тебя или меня. Поворачивая, пока не поздно. Гораздо реальнее пойти учиться на программиста или юриста. Я, конечно, люблю сказки, но эта слишком волшебна, чтобы в неё поверить. Спустись на землю, друг, ты не поступишь. - Я сначала тоже так думал, Саш, но потом меня переубедили. Мне дали понять одну важную вещь – ты сам творец своей судьбы. Разумеется, есть люди, которые уже рождаются фараонами, но также есть и те, кто добивается высот через собственное упорство. Если не делать попыток, не будет и результата. Это логично. Я ничего не добьюсь, если хотя бы не попробую, - старался убедить в своей правоте Сашу Миша. - Тогда мой долг напомнить тебе, что ты идёшь на серьёзный риск. Готовься к тому, что фортуна может отвернуться. И если так случится, то тебе придётся идти в армию, а оттуда ты точно выйдешь другим человеком. Затем наступит время. Когда тебе срочно понадобятся деньги и вместо того, чтобы отдавать их за учёбу, ты должен будешь искать работу, дабы чуток подзаработать. Но все должности, которые придутся тебе по вкусу, потребуют законченного высшего образования, и в итоге ты устроишься каким-нибудь продавцом в дешёвом магазинчике на самом краю улицы, куда приходит от силы десять человек в сутки. Так вот, подумай хорошенько, хочешь ли ты такой жизни? А ведь у многих наивных мечтателей всё складывалось именно так, - нравоучительно произнёс Саша. - Как говорится, кто не рискует – тот не пьёт шампанского. Эти люди, о которых ты говорил, слишком рано сдаются, - остался при своей точки зрения ученик одиннадцатого класса. Разговор их прервали крики в коридоре. Друзья мгновенно побежали на шум. Сходу разобрать, что именно там происходило, оказалось непросто. Вокруг стояли школьники, много школьников. Кто-то из них неустанно что-то скандировал и рассекал кулаками воздух, а иные наоборот отворачивались и закрывали лицо ладонями. С трудом пробравшись через толпу, Саша и Миша увидели, как в центре сформированного круга лежит их новоиспечённый одноклассник Вова, а на нём, придавливая к полу, сидят трое мальчиков из параллельного класса и бьют по любому незащищённому месту. Впрочем, это даже нельзя было назвать дракой в полном смысле слова, скорее, избиением. О какой драке может идти речь, когда число противников превосходит тебя в три раза? Вова безуспешно пытался сопротивляться. Самое странное, что ни у кого не рождалось мысли подойти и заступиться за избиваемого. Народ расценивал сие действо чисто как зрелище, сравнимое с гладиаторскими боями на арене. Беднягу хотели приподнять и перевернуть животом на пол, чтобы можно было схватить за волосы и повозить мордой по холодным плиткам, но тут вовремя подоспела директриса. Увидев, что тут происходит, она мгновенно собрала себе подмогу и разняла дерущихся. Лицо Вовы было всё в крови, поэтому его срочно повели в медпункт. Остальных троих – в кабинет директора, разбираться. Перед тем, как уйти с поля боя, нападающие ещё успели высказать немало угрожающих фраз в адрес пострадавшего. Зрители потихоньку начали расходиться. Кто-то объяснил, что драка произошла по вине Вовы, и он сам заслужил к себе такое отношение. Якобы этот человек, пользуясь своей недурной, данной природой внешностью, умело уводил девушек из-под носа их молодых людей. Он попросту коллекционировал их телефонные номера, а потом продавал всяким службам знакомств для пополнения базы. Следовало ожидать, что, в конце концов, несколько парней прознали об этих грязных делах и не на шутку разозлились. А заканчивались подобные истории итак понятно чем. Миша не знал, слух ли это, распущенный недоброжелателями или реальные факты. Ему, в общем-то, было всё равно. Миша с радостью встретил звонок с последнего урока. Он зашёл домой сбросить портфель и немного перекусить, а потом сразу же отправился на встречу. С крыш домов без устали падали капельки тающих сосулек. Снег прилипал к ботинкам рыхлой массой. Но наш герой, как подобает любому позитивно настроенному человеку, не обращал внимания на эти мелочи. Он дождался поезда, сел у окна. Ему жутко нравилось наблюдать движущуюся панораму с заснеженными лугами. В ушах играла хорошая инструментальная музыка. Он слушал её и перед его глазами совершенно спонтанно возникал тот или иной видеоряд. В вагоне было тепло и уютно. Когда Миша подошёл к галерее, практически все были в сборе. Они зашли внутрь, купили билета, сдали одежду. Огромные залы с картинками встретили их. Здесь всё было пропитано многовековыми слоями гениальности. Рамки картин – как окно в другой мир. Около каждой из них можно было стоять часами напролёт, погружаясь всё глубже и глубже. «Дубы» Шишкина, портрет Пушкина, написанный Орестом Кипренским – каждое произведение пестрило индивидуальностью. Как человек, абсолютно ничего не знающий о технике рисования, Миша поражался виртуозности творцов. Макс подолгу стоял только у тех картин, где нарисованы обнажённые женщины, а Вика зачем-то комментировала вслух всё, что видела. Был ещё один парень Глеб, высоковатый и с извечно серьёзным видом, который молча смотрел на художественные произведения и что-то записывал себе в тетрадь. Была девочка Катя, которая всю дорогу ныла, что хочет домой. А когда ребята обошли весь зал и присели в холле, чтобы обсудить какую картину взять для этюда, Миша предложил «Боярыню Морозову». Он кратко изложил свою идею, и народ поддержал его. Тут Миша окончательно убедился, что это тот самый коллектив, который по-настоящему его понимает. Он понял – отступать нельзя. Миша приехал домой поздно. Но вместо того, чтобы просто раздеться и лечь спать, отдавшись на растерзание Морфею, он заперся у себя в комнате и, включив настольную лампу, полез рыскать по ящикам рабочего стола. Наконец, найдя толстый альбом для рисования, которым он не пользовался ещё со времён начальной школы, Миша сдул с него пыль и положил на стол. Он заточил все карандаши, какие нашёл, и принялся рисовать человека. Мальчик провёл одну кривую линию, изобразив овал. Затем важно откинулся, дабы посмотреть на результат издалека. Недовольно хмыкнув, герой достал ластик и, стерев всё до основания, начал рисовать заново. Он рисовал ещё и ещё, но овал лица его всё никак не устраивал. Наконец, проводя ластиком по листу бумаги в очередной раз, он проделал в нём дырку. Миша злобно что-то пробурчал и посмотрел на резинку, как на предателя. Затем он немного покрутился на стуле, обдумывая дальнейшие планы, и решил заглянуть во всякие обучающие книги по рисованию. Уже после прочтения нескольких первых строк наш герой смог оценить трудоёмкость данного процесса. Он поставил перед собой задачу ежедневно выдавать хотя бы по одной композиции, в которой бы чётко прочитывался задуманный сюжет. И пока его голову не посещала какая-нибудь гениальная идея, он не позволял себе вставать из-за стола. Всё это делалось ради того, чтобы наверняка сдать первый вступительный экзамен – историю в рисунках. Миша чувствовал себя в среде искусства рисования довольно неуютно, тогда как почти все остальные замечательно рисовали с детских лет, поэтому ему требовалось сделать головокружительный прыжок, чтобы стать конкурентоспособным с ними. Многие ребята из школы не верили в него, но парень слушал только себя. Сосредоточенный, он просидел за книгами и альбомами до самого утра, изрисовав всё вдоль и поперёк, но только добившись успеха отправился спать.

Ооо, щас я вам понапишу тут (: Меня очень забавляет слушать каверы на разные известные песни, сразу знакомая песня приобретает необычное звучание. I'm loving it! 1) Marie Digby - What I've Done - акустический кавер на Linkin Park 2) the morning benders - lovefool - милая, спокойная перпевка песни Cardigans. 3) Blowsight - Toxic - Энергичная рок-переделка песни Britney Spears. 4) Modus - My Favorite Game - своеобразная рок-вариация на одноимённую песню Cardigans. 5) The BossHoss - My Favorite Game - потрясающий дорожный кавер на ту же песню Cardigans. 6) MxPx - Barbie Girl - перепевка милой песни группы AQUA. Очень смешная. 7) Madbones - All The Things She Said - перепевка TATU "я сошла с ума" 0_o Sonic Syndicate - All About Us - перепевка песни группы TATU. 9) Christian Ice - Whenever Wherever - адская рок-перепевка Shakira. 10) Shakira - Back in Black - перепевка AC/DC 11) Children Of Bodom - Freestyler - сумасшедшая перепевка Bomfunk MCs 12) Evanescence - Numb - кавер на Linkin Park 13) Mika - poker face - чумовая поделка на Lady Gaga 14) Bowling For Soup - Baby One More Time - Джарет Реддик, более известный как исполнитель Endless Possibility, главной темы к Sonic Unleashed, исполнил кавер на Britney Spears. 15) Дёргать - Нас Не Догонят - кавер на TATU. 16) Nakka - Твои Батоны - кавер на песню Михаила Гребенщикова. 17) Nicotine - All My Loving - средненький кавер на Beatles, тем не менее, звучит очень необычно. 18) Skye Edwards - Feel Good Inc. - кавер на известную песню Gorillaz. 19) Dragster - Livin La Vida Loca - трешовая перепевка Ricky Martin. 20) Audiosmog - Dragostea Din Tei - кавер на O-ZONE. 21) Jamelia - Numb - кавер на Linkin Park. 22) Stereophonics - Don't Let Me Down - спокойненький кавер на Beatles. 23) Depeche Mode - Yesterday - кавер на Beatles. 24) Joan Baez - Let It Be - кавер на Beatles. 25) Frank Sinatra - Yesterday - кавер на Beatles. 26) editors - feel good inc. - тихий кавер на Gorillaz. 27) Blink182 Sum41 - My Heart Will Go On - совместная перепевка двух рок-коллективов песенки Celine Dion, которая стала главной темой к фильму Джеймса Кэмерона "Титаник". 28) Zebrahead - Wannabe - замечательная перепевка Spice Girls. 29) Zebrahead - Mickey - кавер на Toni Basil от коллектива, подарившего нам "His World", заглавную тему Sonic The Hedgehog 2006. 30) Zebrahead - The Sweet Escape - как всегда, позитивный кавер на Gwen Stefani. 31) Zebrahead - London Bridge - кавер на Fergie. 32) zebrahead - girlfriend - перепевка Avril Lavigne. 33) Avril Lavigne - Imagine - эмоциональная перепевка John Lennon. 34) Avril Lavigne - Tik Tok - кавер на Ke$ha. 35) Hog Hoggidy Hog - Baby One More Time - перепевка Britney Spears. 36) A'party'я - Муси-пуси - кавер на Катю Лель. 37) Fall Out Boy - Beat It - кавер на Michael Jackson. 38) Marilyn Manson - This Is Halloween - кавер на песенку из Nightmare Before Christmas. 39) TKK - Простые движенья - скучноватый кавер на TATU. 40) Zerokarma - Солнышко - кавер на старенькую попсовую песенку группы Demo. 41) 4real - 19-2000 - перепевочка Gorillaz. 42) НАИВ - Часики - кавер на Валерию. 43) Dj D Sol - Underneath Your Clothes - перепевка Shakira. 44) Megan Fox - She Wolf - кавер на Shakira. 45) Пурфабор - Ла-ла-ла - тяжёлая перепевка Жанны Фриске. 46) Kambodge - Выхода нет - тяжёлая перепевка на группу Сплин. 47) Плат$карт - Мелом - рок-кавер на группу Пропаганда. 48) My Chemical Romance - Song 2 - кавер на известную песню группы Blur. 49) Salvador - Song 2 - кавер на Blur. 50) Helia - Alejandro - тяжёлый кавер на Lady Gaga. Собственно, у меня есть ещё очень много подобных вкусностей. Если списочек приглянется, могу продолжить (:

17 февраля 2006 Какой приятный сюрприз! Неужели, я тебя нашёл? После невыносимо долгих лет разлуки ты ничуть не изменился, а вот мне пришлось несколько раз преобразиться. Ты всё такой же молчаливый, готовый выслушать любую сокровенную глупость и сохранить её в своей памяти на долгие века. Надеюсь, тебе знаком мой нынешний почерк? Да, сейчас я стал писать мельче и чище, всё-таки прошло чуть меньше восьми лет. Признаюсь, перечитывая первые страницы, у меня возникало острое желание вырвать некоторые из них. Я с трудом удержался от того, что претворить свои мысли в жизнь. Так всегда: написанные давным-давно строчки хочется стереть, они кажутся глупыми и несуразными, потому что на замену одним приоритетам приходят другие. Ладно, оставлю для памяти. Посмеяться, окунуться в ностальгию. Забыл представиться – меня зовут Миша. А хотя, впрочем, зачем нужно представляться, если итак понятно, что никто кроме меня не станет обновлять данный дневник? Ещё раз извиняюсь за столь продолжительное бездействие. Однажды, спрятав посреди горы остальных книг, я забыл тебя, и нашёл только сейчас, делая капитальную перестановку у себя дома. Думаю, наша встреча случилась неспроста, а засим я постараюсь больше не упускать тебя из виду. Но если смотреть объективно, то за эти восемь лет мало что изменилось. Автомобили не начали летать, как в «пятом элементе», да и люди всё также неприветливы. После весны неизменно продолжает наступать лето, а за ним разноцветная осень, так что футуристы могут отдыхать дальше. Я учусь в той же школе, правда, уже не в третьем классе, а в одиннадцатом. Людмила Владимировна ушла по собственному желанию, хотя какое-то время бродили слухи. Что на неё надавили. Наш новый классный руководитель – Родион Артурович, оказался химиком, но по всей видимости неудачным, либо просто очень ленивым, поскольку ни на одном из занятий полноценно химией мы так и не занялись. Вообще, если отбросить профессиональную непригодность, человеком он был достаточно хорошим, с чувством юмора и пониманием к ученикам. Дети любили его. Это был, пожалуй, единственный преподаватель, над которым не хотелось подшучивать. Домашних заданий он не то чтобы не давал совсем – он почти не проверял их, и тем больший авторитет завоёвывал у ленивых двоечников. Убирать такого химика никто даже и не пытался, поскольку достойные замены отсутствовали. Касаемо класса, тут тоже мало новостей. В ходе обучения пара девочек и мальчиков, ранее не упомянутых здесь, перешли в другие школы. Ясное дело, появилось много новых предметов. Астрономия, история, экономика, экология, правоведение, физика – всего и не перечислишь! У каждого из ребят был свой любимый урок, в который он погружался, как аквалангист в воду, и только у меня не было предрасположенности ни к одному из них. Душа требовала чего-то большего, передавала нераспознаваемые позывные. Возможно, в школе просто не было такого предмета. Ах, прошу прощения, я, кажется, упустил из виду ту маленькую особенность, что все ранее сделанные записи велись от третьего лица. Что ж, впредь буду помнить об этом и постараюсь исправиться, дабы не нарушать общую стилистику. Итак, приближался тот момент когда необходимо было покинуть школьную скамью. Миша долго пытался решить, куда идти после школы. Он спрашивал у друзей и просто знакомых, кем они хотят стать. Складывалась забавная, но вполне предсказуемая закономерность: первая половина мальчиков держала прямой курс в юриспруденцию, а вторая мечтала стать программистами. Девочки выбирали профессию парикмахера, либо врача. Наверное, их выбор был логичен, ведь указанные выше роды деятельности сильно востребованы и обещают стабильную заработную плату, однако, ничего из перечисленного Мишу не удовлетворяло. Ему хотелось, чтобы работа первостепенно приносила не деньги, а интерес. В том, чтобы, сидя на одном месте, с утра до вечера долбить по пластмассовым клавишам или состригать постоянные отрастающие человеческие локоны Миша находил мало интереса. Однажды, сидя за телевизором и просматривая очередную серию мультфильма про человека-звезду, на нашего героя внезапно снизошло озарение. Ему пришла мысль. Что он может заниматься тем же – претворением своей бесконечной фантазии на экран. Сначала эта идея показалась ему пустой и лишённой всякого смысла, но уже спустя полторы недели глубоко засела в творческой голове. Вдруг Миша заметил, что за всем этим стоят живые люди, такие же как он. Творить, отдавать частичку себя на суд многомиллионной аудитории – это их работа. Но, чёрт побери, как недосягаемо звучат эти слова! Ведь понятно же, что каждый хочет жить творческой жизнью, но из масс пробиваются только единицы, да и то, у которых есть полезные связи или вагоны вечнозелёных долларов. У ученика одиннадцатого класса было только сильное наивное желание. Он стал действовать из принципа: кто не играет - тот не выигрывает, и полез в интернет за поиском высших учебных заведений, посвящённых столь необычной специализации. Можно догадаться, выбор оказался невелик. Вот если бы он ввёл что-нибудь вроде: «программирование», поиск бы зашкалил, а тут совсем другое дело. Недолго думая, он записался на подготовительные курсы, которые должны были поставить для него всё по местам, и первая встреча была запланирована на сегодняшний вечер. Парень ждал этого момента с волнением. Однако сюрпризы начались даже раньше, чем он ожидал. Миша, отвыкший от строгости преподавателей, зашёл в кабинет, слегка запоздав к началу первого урока, и увидел у доски незнакомое лицо. Судя по всему, Родион Артурович представлял ребятам нового ученика, присланного вместо одного оставленного на второй год узколобого лентяя. Это был среднего роста мальчик шестнадцати лет на вид, с голубоватыми глазами, светлыми волосами и блестящей, как в рекламе, улыбкой. Уже с первых же минут знакомства все девушки в классе начали украдкой хихикать, постоянно поглядывая на него, и о чём-то активно между собою перешёптываясь. Даже Лера с какой-то несвойственной ей внимательностью разглядывала новичка. Но вот у парней этот экземпляр, которого назвали Вовой, вызвал резко противоположную реакцию. Когда Вова, наконец, был отпущен, по дороге к своей парте, которая находилась чуть не в самом конце кабинета, кто-то подставил подножку, и он чуть не поцеловал пол. Затем учитель решил направить внимание учеников на занятие. Как выяснилось, тщетно. Ребята пялились на новичка больше, чем на доску, но, кажется, это его нисколько не смущало. Через сорок минут, когда прозвенел спасительный звонок на перемену, он вышел в коридор одиноко понаблюдать за остальными. Скоро к нему подошли те самые четыре парня, которые имели не лучшую репутацию в школе, и один из них демонстративно толкнул его в плечо. Вова отошёл, но устоял на ногах. Дима, сам ещё толком не понимая, за что конкретно ему не нравится его собеседник, спросил, чего он тут забыл, и почему ему не сиделось в старой школе. Тот замялся. Парни отошли в безлюдное местечко. Новичок старался относиться к окружающим как можно дружелюбнее, но высокий мальчик никак не хотел утихомириться. Он продолжал сыпать обвинениями и с каждым новым словом толкал его в плечо. Поняв, что его метод бесполезен, Вова ловко уклонился от одного из толчков и провёл контратаку. Дима, конечно, не смел простить такой наглости. Завязалась драка. Новичок в школе оказался далеко не новичком в боевых искусствах. Долгое время они шли на равных. Из остальных парней никто не вмешивался. Сначала это злило Диму, но потом он предложил устроить ничью и сказал, что ошибался в своём противнике, думая, что тот всего лишь сопливый романтик. Таким образом, уже к концу перемены они нашли много общих тем для разговора. А одна из девочек, набравшись смелости, даже подошла и предложила ему погулять с собой. На следующем уроке алгебры, Вова оказался единственным поднявшим руку, когда преподавательница начала искать желающих пойти к доске. Продемонстрировав несравненную силу ума, он ещё крепче засел в сердца женской половины класса. Мишу обуревала зависть. Он предчувствовал какой-то подвох, ведь такого идеального ученика не перенаправят в другую школу! Дима обратил внимание на состояние Миши и, подойдя к нему после занятий, спросил, что стряслось. Наш герой списал всё на депрессию, постеснявшись назвать истинную причину. Высокий парень улыбнулся и сказал, что знает один действенный способ уйти от депрессии, а затем предложил прогуляться с ним, дабы опробовать его в деле. Миша сразу предупредил, что вечером у него куча дел, но составить компанию на ближайшую пару часов не отказался. По дороге приятели разговорились о выборе профессии, и наш любознательный хозяин дневника спросил у Димы, какой он видит свою будущую работу. Тот ответил, что работа для неудачников, и что сам уже нашёл отличный способ получать деньги, официально не работая, а просто доставляя ценный груз от одной точки к другой. На вопрос, что же это за занятие, он ответил, что о таких вещах нельзя говорить в общественных местах. А деревья тем временем потихоньку оживали в преддверии грядущей весны, сбрасывая с уставших веток комья снега. На окнах всё реже встречались морозные узоры. Зима за два с половиной месяца, признаться, успела порядком надоесть, поэтому на её отступление все смотрели с тёплыми лицами. Иногда возникало желание расстегнуть куртку. Наконец, наши герои свернули с прямой дороги куда-то за угол. Тут стоял небольшой заброшенный домик. Его окна по неизвестной причине были забиты досками, краска потёрта. Однако крыша, по всей видимости, не протекала, поскольку зимой внутри по-прежнему оставалось сухо. Дима отворил, едва держащуюся на петлях, скрипящую дверь, и сделал жест, чтобы наш герой прошёл первым. Нельзя сказать, что здесь было уютно – голые стены, отсутствие отопления, постоянная темнота, нарушаемая только лишь маленькими лучиками, проникающими сюда через щёлочки между досок, создавали достаточно зловещую атмосферу. Если не брать в счёт лежащие на полу опилки и прочий мусор, то помещение было абсолютно пустым. Проводник сказал, чтобы Миша присел, потому что им ещё нужно будет подождать здесь какое-то время, пока тут не появится один его знакомый, но тот с непонимающим лицом ответил, что здесь совсем нет стульев. Дима ухмыльнулся, по всей видимости, приняв его слова за шутку, и демонстративно сел на пол, опёршись о бетонную стену. Миша, нехотя, повторил за ним, хотя на полу было несколько грязновато. Вскоре на горизонте появился третий – очевидно, тот, о ком говорил Дима. Он вошёл без стука, а это означало, что парень уже был здесь много раз. Первое, что бросилось в глаза – кожаная куртка. Она явно не подходила к его остальной одежде и была на пару размеров больше всего остального. Кажется, паренёк попросту украл её. Дима представил незнакомцев друг другу, но спустя несколько минут, Миша уже забыл, как его зовут. Гость подошёл к забитому окну и посмотрел через одну из щёлочек, дабы убедиться наверняка, что за ними не идёт никакой слежки, а затем подошёл к остальным, залез рукой в левый внутренний карман своей курточки и достал оттуда тоненький шприц. Вслед за ним он вытащил из того же кармана маленькую капсулу с некоей густой синей жидкостью, аккуратно откупорил крышку и вобрал несколько капель внутрь шприца. Затем он поднял перед собой шприц иглой вверх, чтобы убедиться, что внутрь не попал воздух. Убедившись, парень предвкушающее шмыгнул носом и загнал иголку под кожу левой руки. Миша молча наблюдал за тем, как густоватая жидкость плавно переходит из шприца в вены паренька. Вот они немного вздулись и посинели, а он откинул голову и зажмурил глаза с таким лицом, какое делаешь, когда собираешься чихнуть. Но спустя несколько секунд его скулы ослабли, и он расплылся в мягкой, едва прочитывающейся улыбке. Ему стало хорошо. Он больше не смотрел сквозь них. Зрачки паренька чуть-чуть расширились, в результате чего он стал походить на персонажа японских мультфильмов. Дима выхватил у своего приятеля капсулу и предложил нашему герою повторить содеянное. Тот с опаской посмотрел на предлагаемый предмет. Пару раз переведя взгляд со шприца на Диму, Миша сказал: - Нет, спасибо. У меня, по-моему, уже всё прошло. Мне правда лучше. - Да не бойся ты, всё путём! Я плохого не посоветую, - оживился Дима, а затем, взяв собеседника за плечо, продолжил, - Ты не понимаешь, от чего отказываешься, мужик. Забей на эти слюнявые нравоучения, которые ежедневно внушают неудачники по радио и телевидению. Их проповедуют люди, которые сами не пробовали уколоться ни разу в жизни. Пойми, что люди всегда запрещают самое лучшее. - Причём тут средства массовой информации? Ящик, интернет… Я сам знаю, чего хочу и это моя личная точка зрения, - решительно проговорил Миша и попытался закончить на этом разговор. - Не будь размазнёй, Миш, - продолжал Дима, как ни в чём не бывало, игнорируя любое возражение своего друга, - на хрен отказываться от того, чего даже не пробовал? Ты мыслишь стереотипами. Сейчас ты мне вешаешь, что независим и всё такое прочее, хотя по факту являешься частью стада баранов, которые повторяют друг за другом. Какого хрена такое предвзятое отношение? Включи мозги! - А сам-то независим? Да ты, небось, по полу весь в слюнях ползаешь, выискивая очередную дозу! Если уж выбирать, то я предпочитаю зависеть от живых людей, чем от каких-то шприцов и иголок, - произнёс, оскорбившийся тоном разговора Миша. - Ох… Я всего лишь хочу, чтобы ты не делал преждевременных выводов, потому что это тупо. Мне самому неохота кого-то к чему-то принуждать. Послушай, то, что я сейчас держу в руках – это не обычные наркотики типа гашиша или кокаина. Эту жидкость, можно сказать, мы изобрели сами. Ты её больше нигде не найдёшь. Выбей всю закомпостированную дурь из головы и посмотри на ситуацию с другой стороны. Отбрось стереотипы, - настырно уговаривал Дима подчиниться своему мнению Мишу. - Он прав! Эта штука открывает двери в новый мир, где нет боли и страданий. Она помогает забыть обо всех бедах – заставит испытывать вечный оргазм. Иллюзии становятся реальностью… Это проходной билет в заоблачный рай, лазейка, позволяющая проникнуть туда ещё задолго до неизбежной смерти. Знающим людям выгодно скрывать правду от человечества. Благодаря им, они искренне уверены, что для достижения кратковременного наслаждения беднягам следует пройти долгий путь, много трудиться и исправно себя вести. Всё это сделано, чтобы управлять вами, как марионетками в большом театре, именуемым планетой Земля! Вы дрессированные львы, закованные в ошейники на большой цирковой арене! Но я знаю способ, как выйти из-под гнетущего контроля и построить свой собственный мир. Истина кроется всего в нескольких миллиметрах этой густой жидкости. У меня открыты коды на жизнь, - влез в их беседу парень со сквозным взглядом. - Парни, мне серьёзно нужно спешить, - заключил отстраняющийся Миша и выбежал на улицу. Всю дорогу нашего героя не отпускало ощущение, что виденное им – лишь чья-то злостная шутка. Он, конечно, знал, что в современном обществе процветает наркомания, но до последнего момента не мог даже себе представить, что представители этой болезни могут существовать даже среди его друзей. На улице сделалось холоднее, и по телу Миши поползли мурашки. Впрочем, возможно, это было реакцией на ту мерзостную ситуацию. Ученик одиннадцатого класса жалел, что узнал о зависимости приятеля – ему было бы гораздо проще жить, не зная этого. Теперь же ему было неприятно встречаться с ним взглядами. Он подошёл к вокзалу электрички. Скорый поезд должен был увезти мальчика к дверям университета. На станции стояло довольно много людей. Кто-то из них ходил взад-вперёд, а кто-то сидел на лавочке за журналом и периодически поглядывал на часы. Судя по всему, электричка слегка задерживалась. Благо, время позволяло подождать ещё немного. Среди остальных наш герой приметил небольшую компанию, стоявшую неподалёку от табло с расписанием. Они привлекли его своим вызывающим поведением. Два парня в капюшонах и спортивной одежде с банкой дешёвого пива громко обсуждали какого-то их общего знакомого, матерясь через каждое второе слово, а рядом стояла откровенно раскрашенная девушка и хрипловатым голосом повторяла за ребятами отдельные фразы, после чего все трое истерически смеялись. Вместо того, чтобы сделать новый вздох, дабы набрать воздуха и продолжить фразу, рассказчик смачно затягивался сигаретой. Другой парень часто и болезненно кашлял, оплёвывая после каждого раза холодный асфальт. Миша прислушался, не подавая виду. В речи ребят было столько непонятных слов, что, казалось, их никто не сможет понять, кроме них самих, будто они придумали для себя новый язык. Вот вдали показались огоньки приближающегося поезда. Компания замолкла, и рассказчик, не докурив сигарету, агрессивным резким движением бросил её на рельсы, хотя урна была практически у него под рукой. Герой обратил внимание на его перебитые кулаки. Похоже, этим ребятам часто приходилось драться. Электричка остановилась с протяжным писком, больно режущим уши. Как часто случается, двери вагона заклинило и они оставались неподвижными, несмотря на то, что женский голос уже сообщить название станции. Тогда один из описанных выше парней привёл их в действие одним мощным ударом ноги. Он толкнул железным плечом пожилую женщину, волокущую неподъёмную для людей её возраста тележку, собирающуюся выйти, и прошёл внутрь. Глядя им вслед, Миша ещё раз убедился в бесчеловечности человеческой расы. Сегодня наш герой поехал на курсы впервые, а потому не знал точной дороги и мог заплутать… что, в принципе, и произошло. По закону подлости, вокруг не было ни единого указателя, который хоть как-то мог помочь любознательному юнцу. Здесь всё русское, но всё равно незнакомое. Другие здания, улочки, вывески, ларьки. И даже лица, казалось, другие. У одних людей при попадании в такую ситуацию возникает желание немедленно исследовать местность, иные же наоборот – сразу пугаются, начинают чувствовать себя крайне неуютно и ищут пути к отступлению, чтобы вернуться к привычным глазу ландшафтам. На перекрёстке, пока горел красный свет, к Мише подошёл светловолосый парень и поинтересовался, где находится университет кинематографии. Герой сказал, что ищет то же самое место. Оба какое-то время постояли в молчании. Затем незнакомец задумчиво почесал затылок и протянул Мише руку. Вот огонёк светофора активно замигал, потом перекрасился в жёлтый свет, а чуть позже зелёный. Должно быть, это было большое здание, так как учебное заведение пользовалось огромной известностью и хорошо ценилось в среде интеллигенции, но, опасаясь за свой прогрессирующий топографический кретинизм, Миша всё же предпочёл спросить ещё парочку прохожих, дабы убедиться наверняка.

Удивляюсь вам, честное слово. Мораль там настолько на поверхности, что не увидеть её просто невозможно (: Как можно просмотреть этот фильм и не понять о чём он? (: Про юмор ничего говорить не буду - это уже дело вкуса. Как по мне, то он, в принципе, не плохой, но и катиться под стол не заставляет.

Да дело не в юморе даже. Я соглашусь, что фильм на самом деле не очень смешной. Но он здорово выигрывает за счёт своей милой идеи. Это явно не очередная тупая комедия, а фильм, который пытается достучаться до зрителя. И это очень хорошо.

"Всегда говори ДА" очень нравоучительный и УМНЫЙ фильм. Если кому-то он показался тупым, может, стоит пересмотреть повнимательнее? Тупые.. Ну, их много. Тут нужно чуток конкретизировать, что именно имеется ввиду: "тупой" в смысле "самое бессмысленно потраченное время" или же "туп настолько, что угараешь со смеху, и при этом не теряешь интереса"? Вот "Монти Пайтон: в поисках священного Грааля" достаточно туп, или, лучше сказать абсудрен, но при всей нелогичности происходящего на экране кино смотреть вполне себе интересно :) У каждого, конечно, свои тупые фильмы. Я вот, например, не всегда понимаю фильмы из разряда экспериментальных. Вот Энди Уорхол, к слову, снял в шестидесятых фильм "Сон" - документальная съёмка того как человек спит продолжительностью в полтора часа, час двадцать из которых он лежит на одном боку и только к самому концу переворачивается на другую сторону (в фильме это якобы кульминация). Тупость или нет, но как по мне, так это действительно "потраченное впустую время". Есть ещё один фильм. Он выходит совсем недавно и планирует прокатиться по всяким фестивалям экспериментального кино. В нём нет никакого сюжета, однако, он длится 155 часов. Я, к счастью или сожалению, его ещё не смотрел, но сама идея мне кажется несколько бессмысленной. Насколько я понял, вся работа состоит из череды никак не связанных между собой кадров. "Социализм" Жана Люка Годара тоже при первом просмотре оставил во мне какой-то неприятный осадок. Хотя, не исключаю, что, возможно, это такое кино, которое сложно понять с первого раза.

Вестерн.

прошёл на PSP. Отличная штука для убийства времени.

22 декабря 1997 Следующие три дня Миша прожил как во сне. Всё было мутно, туманно. Вокруг появлялись какие-то люди, затем уходили, а на их место приходили другие, тоже обезличенные. Наручные часы перестали показывать время – теперь по циферблату с разной скоростью просто бегали стрелочки. За плечами мальчика шли разговоры, но разбирать, кому принадлежали голоса и о чём ведётся беседа, уже желания не было. Нашего героя не отпускало крепкое чувство вины. Он чувствовал, что мог всё изменить, если бы не эти паршивые гулянья у застывшего озера. Как же жестока судьба! Лишь только мы начинаем по-настоящему ценить ту или иную вещь, она сиюминутно её отнимает. Ошибки дорого обходятся. Миша прокручивал в голове роковые моменты снова и снова. Он знал, что если бы пришёл домой хотя бы на пять минут раньше, то смог бы застать отца живым, ведь самоубийца был ещё достаточно тёплым, когда его снимали. Если бы мальчик не стоял на месте и не впадал в ступор, теряя дар речи, а сразу сообразил план действий, в дневнике никогда не было бы этих страниц. Но они есть. Впрочем, даже если их вырвать одним резким движение руки, это не изменит хода истории. Только в сказках автор может фильтровать события, отбирая исключительно те, которые приходятся ему по вкусу. Жизнь же устроена иначе. Собственно, от описанных выше выводов нашему герою становилось только тоскливее. Спустя трое суток после случившегося, состоялись похороны. Мальчик неважно себя чувствовал, и мама требовала, чтобы он лежал в постели с градусником под мышкой, но тот, склонившись, умолял разрешить ему хотя бы в последний раз взглянуть на уходящего родного человека. Сегодня съехалось невиданное множество гостей, притом больше половины из них доселе были незнакомы Мише. Все в чёрном, они неустанно плакали, и среди них не было ни одного радостного лица. Мальчика этот факт, признаться, немного удивлял. Во-первых, почему они так убиваются, видевшись с виновником «торжества» раз в полгода? Миша и мама-то понятно: они хотя бы живут с ним в одном доме, но как может так отчаянно горевать троюродная сестра его двоюродного брата, например? Хотя, такие люди, скорее всего, притворяются горемыками, а на самом деле приходят только из-за банкета. Отсюда, кстати, тоже разъяснённый для Миши вопрос: зачем накрывать стол сотнями разнообразных блюд на похоронах? Нет, другое дело, когда подобные мероприятия устраиваются на свадьбах, юбилеях и годовщинах, но ведь это не праздник? Ну, и во-вторых, зачем так страдать и переживать по поводу смерти человека, если он уходит в другой, лучший мир? Когда перед сном заходила речь о загробной жизни, мама всегда рассказывала сыну, что все люди рано или поздно уходят наверх, и с этим ничего не поделать, но как только тот, услышав мамины слова, боязливо натягивал на себя одеяло, она сразу же успокаивала малыша, добавляя, что наверху их ждёт лучшая жизнь, где всегда светит солнце и люди ходят по облакам. Но, к сожалению, их уносит настолько высоко, что они уже не могут опуститься назад, и поэтому оставшиеся на земле близкие плачут по ним. Миша, конечно, недопонимал, откуда мама знает такие вещи, если никогда там не была, а рассказать об этом было некому, однако, слух почему-то свой вопрос не задавал. Вот все собрались. Посредине помещения располагался гроб. Это была огромная чёрная коробка, куда засовывали людей, очевидно, чтобы они не замёрзли по дороге наверх. Сложив руки, внутри лежал отец. Через несколько рядов столпившихся вокруг высоких людей, Миша лез поближе к маме. Лицо усопшего родителя впервые показалось таким гладким и ровным за долгие годы, что он чуть было не обознался. Губы были чуть-чуть приоткрыты, как будто хотели сказать ещё много важных слов, но не успели. Кожа была белой, словно кукла. Люди подходили, один за другим, и каждый клал в гроб какую-то дорогую ему вещь. Осознав, что потихоньку подходит его очередь, Миша растерянно пошарил по своим карманам и понял, что ни единой дорогой вещи у него нету. Тогда он достал тетрадь, оторвал клочок листа и, щёлкнув синей гелиевой ручкой, написал пару коротких слов. Далее мальчик сложил бумажку пополам и, подойдя к папе, сунул её ему в руку. Кто-то всхлипнул. Затем мальчик осторожно провёл пальцем по краю гроба, будто проверяя, насколько он прочен, и точно ли сможет доставить родителя до лучшего мира, а потом, задумчивый, отошёл на место. На бумажном огрызке детским почерком красовалась надпись: «вспоминай нас». Он знал, это был добрый человек, только о его доброте никто не знал. Вечером в этот же день нашему герою стало так плохо, что пришлось вызывать скорую. Надо заметить, что ребёнок держался до последнего, не желая рассказывать о своих болезненных приключениях. Он терпел, сколько мог, и тогда когда это уже стало совсем невозможным, решил пожаловаться маме. Что ж, геройство далеко не всегда доводит до добра. Скорая нашла у малыша воспаление лёгких и ещё какую-то весьма неприятную болезнь. Когда Мише сказали, что следующие пару недель ему предстоит провести здесь тет-а-тет с капельницей, на его глазах навернулись горячие слёзы испуга. Обиднее всего, пожалуй, было осознание того, что новый год в этот раз пролетит мимо второклассника, а ведь это был его самый любимый праздник после дня рождения! Как же кошмарно будет выйти после новогодних каникул в школу и со всех сторон слышать весёлые повествования друзей о том, как классно они отдохнули! Подумать только! Мама тоже получила удар от данного известия. Теперь в один день она была вынуждена попрощаться сразу с двумя членами семьи. Ей требовалась уйма сил, чтобы подготовиться к такому вызову судьбы. Разумеется, когда ребёнка забрали в больницу, мать всю дорогу ехала с ним, но вот только сидеть с ним круглосуточно в комнате ей не разрешали. Теперь она приходила домой спать, даже не разбирая кровати. Многие вещи, которые казались раньше такими значимыми, теперь вдруг стали второстепенными, а, может, скорее, третьестепенными. Миша боялся решительно всего, что видел здесь: людей в причудливых белых халатах, щекочущего нос медицинского запаха, продолговатых колб с разноцветными странными жидкостями, больших острых шприцов, мирно покоящихся на столе в ожидании кого-нибудь уколоть, и, конечно, безжизненно белый потолок, на котором нет ни одной светящейся во тьме звезды. Все чужие – ни одного, хотя бы отдалённо знакомого лица! Такой расклад дел заставлял Мишу, как сумасшедшего, отсчитывать про себя минуты, когда он вернётся домой. Но только кто знает, сколько их осталось? Возможно тот, кто уже наверху. Мише не разрешали вставать. Ему приходилось проводить двадцать четыре часа в сутки, лёжа на кровати. Для ребёнка, коему свойственно постоянно проявлять активность, это было всё равно, что приговор к инвалидной коляске. Надо сказать, что за всё время лечения ни один из одноклассников не подумал проведать мальчика. Постепенно страх перешёл в скуку и в непреодолимую тоску по дому. У нашего героя даже была мысль устроить побег однажды ночью, когда все медсёстры покинут свои места, но, к счастью или сожалению, она осталась всего лишь мыслью. Его организм медленно шёл на поправку. Ежедневные процедуры вроде уколов и капельниц стали такими же обыденными вещами, как ужин, обед и завтрак. За окном искрили фейерверки. В такие минуты больше всего хотелось выбежать на улицу и закричать изо всех сил от радости, удивляясь красотам небосвода, однако, реальность приковывала Мишу к постели, заставляя наблюдать за пейзажем через грязное стекло. Мальчик часто спал. Безделье в реальности утомляло его, поэтому он уходил в мир сновидений, где можно было оторваться от одной точки и путешествовать по любой части Земли. Из-за пересыпа сильно болела голова. Поначалу Миша пытался вести счёт дней пребывания в этом страшном месте, но после шестого окончательно сбился. Казалось, будто день вовсе не сменяется на новый, а просто перематывается назад, как кассета в видеомагнитофоне. Наш герой жил не от рассвета до заката, а от одного визита родной матери до другого. Каждый раз, когда она приходила, то непременно приносила с собой что-нибудь вкусное, и даже, несмотря на то, что врачи запрещали сладости, ему было очень приятно видеть её заботу. Это означало, что мама помнит о нём. А потом она обычно усаживалась рядом на стульчик для гостей и принималась рассказывать о том, что произошло с ней во время его отсутствия. Признаться, сами истории оказывались малоинтересными, но зато из чьих уст они излагались! Малыш наблюдал за смыкающимися и размыкающимися губами матери, и думал, как же прекрасно, что она здесь в данную секунду, смотрит на него, говорит с ним, слушает его. После маминых новостей свои истории начинал рассказывать Миша, и они тоже были неинтересными, скупыми на события, но родитель жадно ловил каждое детское слово. Мальчик ни разу не заплакал во время уколов и прочих достаточно болезненных процедур, но когда в дверях появлялось так горячо любимое лицо, слёзы наворачивались сами собой. Он постоянно упрашивал её остаться ещё немного, а она торопилась на работу, чтобы заработать денег на завтрашний день. Так прошло много чудовищно длинных, скучных дней. 14 декабря 1998 Снова зима. Декабрь дал о себе знать сразу же, как только захватил все календари. За окном, конечно, выпадало много пушистого снега, который хотелось осторожно взять на ладонь и погладить, но стоило выйти на улицу, как любая мысль, пусть даже самая крепкая, сменялась неумолимым желанием вернуться домой. Однако вместе с этим холодом в воздухе витала эдакая непередаваемая космическая свежесть. Зимние пейзажи частенько отвлекали Мишу от учёбы. Учитывая, что он всё ещё продолжал сидеть за первой партой, ему сильно доставалось. Слева от нашего героя, преграждая собою окно, сидела Лера, которая вечно возмущалась и требовала, чтобы тот немедленно отвернулся, потому как той надоело рассматривать его отвратительную полоумную морду. Миша старался не ввязываться в споры с Лерой. Он знал, что ничем путным это не закончится. Потихоньку приближался очередной новый год. Из этого праздника люди выжимали всё, что можно и нельзя. В магазинах многократно повышались цены на продукты, по телевизору стали беспрерывно крутить новогоднюю рекламу, а хвойные леса сократились чуть ли не вдвое. Третьеклассники, естественно, обсуждали, кто чем займётся в ближайшие каникулы. Миша очень хотел приблизить праздничную ночь, поскольку прошлую ему пришлось провести, лёжа на кровати. На одной из перемен он был вовлечён в следующую беседу. Между двумя его известными друзьями шёл агрессивный спор. Активнее всех выступал Дима: - Спорим, что на новый год мне подарят подарок круче, чем те? Давай на сотню рублей? - Да, чего там спорить. Итак, уже ясно, что победит Лера. Ей небось отдельную квартиру купят или бесплатный парк аттракционов, - махнул рукой на инициатора Рома. - Даун, она в этом споре не участвует! Ты видишь её? Нет? Вот! Спорим только мы вчетвером, а на остальных спор не распространяется, - озлобленно объяснил правила пари Дима. - Вообще-то крутость ваших подарков зависит от того, насколько хорошо вы себя вели. Плохому ребёнку Дед Мороз совсем ничего не подарит! – почесав затылок, вставил свои пять копеек Миша. - Ха-ха! А как же раскалённый уголь в трусы, или куда там, носки? Мешок, неужели, ты ещё веришь бреду предков, что ночью первого января приходит таинственный толстый старик с бородой до колен и мешком, набитым подарками? А ты не задумывался в таком случае, где он их достаёт? Волшебство, скажешь? Да, тебя разводят, как последнего лоха! Нормальные пацаны уже давно в теме, а ты всё ещё сосёшь! – громко рассмеялся высокий мальчик. - Могу поклясться, я лично видел, как мои родители подкладывали блестящие коробки с бантиком под ёлку. Нет никаких немыслимых чудес, - начал поддакивать один из друзей Димы. - Вы просто сговорились! Считаете, что вера в волшебство для детей, а те, кто не верят типа взрослые! Если это правда, то почему тогда все дети знают о существовании Деда Мороза? Не будут же все родители врать одинаково? Чепуха! Если вы чего-то не видели в своей жизни, это не значит, что этого нет, - ринулся отстаивать позицию Миша. -Ой, ты, кажется, сосочку обронил, - грубо пошутил над собеседником Дима, а затем, вдоволь насмеявшись, добавил, - Опомнись, парень! Может, ты ещё в существование снежного человека веришь и неопознанные летающие объекты, и в то, что Земля держится на трёх китах? Ничего этого нет. Ты же не тупоголовый ишак вроде, откуда у тебя такие мысли? Надо сказать, Миша здорово оскорбился последними репликами Димы, и, ничего не ответив, ушёл в класс. В самом деле, откуда щедрый седоволосый дед набрал такую популярность, если это всего лишь выдумка? И зачем, собственно, дурить детей? Людмила Владимировна, впервые за годы преподавания отпустила школьников раньше звонка. С недавних пор начали бродить слухи, что её якобы хотят уволить за неподобающее обращение с учениками. Возможно, именно по этой причине она ходила грустной все последние дни. Как бы там ни было, а Мише не хотелось встречаться после каникул с новым учителем. Он уже привык к ней. Однако перемен не избежать. Глупо бежать от того, что всё равно тебя настигнет. К концу учебного дня Миша опросил всех детей в классе по поводу существования Деда Мороза. Данный вопрос основательно засел в его голову и ни на секунду не давал покоя. Единомышленники, конечно, нашлись, но они всё равно оказались в меньшинстве. Для ребёнка по-прежнему оставалось загадкой, почему люди безотказно верят в божество, которое никогда не видели, но перестают верить в мифического старца? Логике здесь было не за что ухватиться. Впрочем, мальчик не стал гнуть свою линию и навязывать мнение, а просто поспешил домой, чтобы усесться в любимое кресло и написать несколько волнующих душу строк. Он оставил рюкзак в коридоре, включил настольную лампу и слегка приоткрыл окно, дабы развеять духоту. Затем Миша выдвинул верхнюю полку письменного стола, громко щёлкнув шариковой ручкой и аккуратно прописью начал выводить заглавные буквы письма. Чтобы не сбиться с мысли, он диктовал вслух каждое написанное слово. Это было письмо Деду Морозу. Надо сказать, мальчик долго обдумывал фразу, прежде чем написать, и переписывал предложения по сотне раз, переставляя слова от одного места к другому. Он чувствовал на своих плечах большую ответственность, ведь письма волшебникам отсылаются только раз в году! Увлечённый письмом, третьеклассник напрочь забыл о домашних заданиях. - Дорогой Дедушка Мороз! Это тебе пишет Миша из Москвы. Не знаю, насколько у вас там сильны снежные бури на севере, но надеюсь, моё письмо долетит до тебя. К сожалению, я должен сообщить тебе неприятную новость. Дело в том, что всё больше детей перестают верить, что ты настоящий. Наверное, они просто запутались, потому что кругом у магазинов стоят одетые в красную одежду мужики с криво налепленной бородой и, смеясь, размахивают колокольчиками, выдавая себя за тебя. Не знаю, зачем они это делают, но их проделки сильно подрывают детскую веру. Вот только я уверен, что ты существуешь, ведь твой праздник справляют по всему миру! И ещё, мне кажется, что у тебя должны быть мега способности, а иначе как же можно успеть положить подарки под все ёлки мира за одну минуту? Все мои друзья и просто одноклассники хотят попросить у тебя всякие материальные вещи типа игрушек или мобильных телефонов с музыкальными проигрывателями. Я бы, наверное, тоже заказал что-то такое, но мама говорит, что можно загадывать только что-нибудь одно. Сейчас для меня самое важное, это увидеть папу. Когда он был с нами, то вёл себя очень плохо, но всё равно любил где-то в глубине души. Жалко только, что понял я это слишком поздно. Год назад он ушёл от нас в верхний мир, где всегда цветут деревья, и светит солнце. Когда я видел его в последний раз, то передал записку, чтобы он вспоминал нас. Но папа с тех пор так и не вернулся. Мама говорит, это потому что там слишком высоко, и люди пока просто не изобрели такой длинной лестницы, но ведь у тебя есть сани. Дедушка, верни, пожалуйста, моего папу хотя бы на один денёк, мне очень его не хватает. Я старался хорошо себя вести. Это будет самым лучшим подарком для меня. Надежда только на тебя, ведь мне больше не к кому обратиться. С уважением, Миша. Поставив последнюю точку, наш герой ещё раз быстро пробежался глазами по тексту и, убедившись, что не упустил из виду ни одной важной мысли, запечатал его в конверт, а потом отнёс матери. Она сказала, что не нужно было так сразу запечатывать письмо, а сперва дать ей, чтобы взрослый глаз проанализировал написанное на наличие орфографических ошибок – ведь нельзя же упасть в грязь лицом перед Дедушкой Морозом! Ребёнок выжидал. Он торопился и постоянно спрашивал, когда они пойдут на почту, потому как боялся, что письмо может не дойти до адресата в срок и, соответственно, белобородый старец не выполнит Мишину просьбу. Мать готова была увидеть в конверте всё, что угодно, но только не это. Каждую фразу она читала, кусая ногти. А иногда попросту отводила взгляд от листа бумаги куда-нибудь в другую сторону и подолгу стояла. Когда, наконец, последнее слово было прочитано, мама спохватилась, что у неё что-то горит на кухне и скрылась из виду. Хотя, если принюхаться, то никаким блюдом со стороны кухни не пахло. В следующие минуты одиночества Миша думал, почему взрослые не пишут писем седому волшебнику. Неужели, у них всё-всё есть, и они не хотели бы исполнить ещё какое-нибудь желание? Или Дед Мороз дарит подарки только детям? Но тогда как понять, ребёнок ты или уже взрослый? Странно. Наступил поздний вечер. Мама, как всегда, собиралась укладывать малыша спать, но на этот раз у неё вместо очередной сказочной книги с красивой обложкой в руках было недавно написанное Мишино письмо. Она уселась около него, сменила множество поз. Никак не могла найти удобного положения. - Сынок, дорогой… Я знаю, что обычно в это время читаю тебе сказки, но сейчас у нас будет разговор о более реальных вещах. Ты должен понять, что настоящий мир сер и скучен. Именно поэтому существуют некие сказочники, которые придумывают всякие легенды или даже персонажей, чтобы нам было интереснее жить. Некоторые из них настолько западают людям в душу, что они начинают принимать их за настоящих. Но здоровый человек должен уметь отличать правду ото лжи, - начала рассказ издалека мама. - Что ты хочешь этим сказать, мам? Я не понимаю, - теребил рассказчика недоумевающий мальчик. - Мы вечно приукрашиваем свою жизнь. А некоторые доходят до того, что придумывают другие жизни, не ограничиваясь собственной. Это как игра. Но рано или поздно человеку всё равно открывается правда, единственная и неповторимая. Малыш, Дедушку Мороза придумали, чтобы дети слушались своих родителей. Если бы я тебе сейчас не сказала это, то непременно сказал бы кто-нибудь другой. Все желания детей выполняют их родители, а они, как известно, не всесильны. Прости меня… Но, может, попросишь чего-нибудь другого пока не поздно? Я могу подарить тебе даже два подарка, - попыталась успокоить Мишу мама. - Как? Не верю! Нет! Он же известен во всём мире! Такого не может быть… Я ведь так верил. Мама… Зачем, - еле сдерживая слёзы, произнёс наш герой, а затем отвернулся к стене. - Ты очень расстроился? Извини, - поглаживая ребёнка сухой ладонью по затылку, вопрошала мать. Сын ничего не отвечал. Злоба, отчаяние, горе и чувство собственной беспомощности переполняли его. Мама посидела ещё с минуту, склонив голову, будто в чём-то провинившись, а затем, пожелав, спокойной ночи, вышла из комнаты. А Миша буквально взял себя в руки и зажмурил глаза. Звёзды смотрели на него сверху вниз. Сегодня он понял, что чудес в мире на самом деле гораздо меньше, чем кажется. Наступило осознание сырой холодной действительности.

Я не считал сколько именно. Всего будет описано 20 дней из жизни самоубийцы. С периодичностью тоже самое: как только будет выпадать время с вечера зайти со своего компа. Но обещаю, не реже двух раз в неделю.

Продолжение: 19 декабря 1997 Утро. Солнце до того разленилось. Что стало просыпаться позже, чем ребята вставали в школу. Календари становились тоньше с каждым новым днём. Где-то вдалеке уже были слышны шорохи мешка подарков. Приближались праздники. Всё чаще на улицах встречались люди в красных колпаках с белыми бубенчиками. По телевизору крутили новогоднюю рекламу активнее программы новостей. Улочки преобразились неоновыми вывесками и искусственными ёлочками с нелепо навешанными на них гирляндами. В магазинах чуть ли не вдвое взвинтили цены на имеющиеся продукты. Фейерверки раскупались быстрее, чем их привозили. У некогда пустевших тухлых супермаркетов теперь появлялись очереди. Суете не было конца. А на рынки так уж вовсе заходить было страшно. Некоторые поднимались в пять утра, дабы успеть к открытию того или иного магазина, опасаясь, что нужные им вещи раскупит кто-то другой. Но у детей таких забот не было. В их планах всё оказывалось предельно просто – успешно закончить четверть, а затем наслаждаться каникулами. Саша после позавчерашнего происшествия ещё не оправился, вернее, он был в состоянии, но школу пока не посещал. Когда Миша пришёл на занятия, никто почему-то не хотел с ним общаться. Если он подходил в коридоре к скоплению детей, они тут же начинали его сторониться, а темы обсуждения резко меняли на другие. Сначала наш герой счёл это за всплески своей больной фантазии, однако, когда ситуация повторилась в двух-трёх других местах с абсолютно разными людьми, он стал думать иначе. Их действия походили на заговор. Пожалуй, это самое ужасное – когда все знают то, чего не знаешь ты. Ради интереса Миша решил лишний раз проверить свои догадки и спросил у проходившего мимо мальчика, сколько сейчас времени, предварительно выпрыгнув из-за угла. Тот подпрыгнул от неожиданности, как подпрыгивает кошка, когда её чем-то напугали, и, пятясь назад, пролепетал, что-то вроде: «на, бери все мои деньги, мою одежду и брелки, только не убивай меня», а затем, как угорелый помчался на второй этаж. Миша внимательно осмотрел себя. Никаких поводов для подобной реакции им обнаружено не было. Руки не в крови, зубы почищены, волосы причёсаны, третьей ноги не выросло, трусы на месте. Тогда в чём фокус? Иной, быть может, и порадовался таким обстоятельствам, но Мишу данное положение явно не устраивало. На уроке, стоило школьнику повернуться назад и посмотреть на кого-нибудь из своих одноклассников, тот сию секунду сливался с выбеленной стеной, либо, тяжело дыша, хватался за сердце. В ответ на это он пытался сделать безобидную улыбку, показывая, что не думает причинить никакого вреда, но ребята читали этот жест, как будто он что-то задумал, и волновались ещё пуще. Миша покачал головой. Такой идеальной тишины во время урока ещё никогда не было. Держу пари, один из проходящих по коридору педагогов ни за что не поверил, что за дверью этого кабинета сидит двадцать пять человек детей! Даже самые разговорчивые ученики, которых обычно слышно у доски, несмотря на то, что они сидят на последних партах, перестали шептаться. Зато теперь стал слышен звук работающих ламп, очень, кстати говоря, раздражающий. Дети боялись лишний раз щёлкнуть ручкой, выжидая. Пока кто-то чихнёт или кашлянет. В прежней позе сидела только Лера. И, хотя она была соседкой Миши, девочка понимала, что ей ничего не угрожает. Сейчас, вместо того, чтобы в поте лица решать хитроумные уравнения, любимица преподавательницы рисовала на полях своей тетрадки разнообразные цветочки красной гелиевой ручкой, а та, видя всё это, просто закрывала глаза на происходящее и продолжала вести урок. Лера подставляла под голову локоть. Мише описанное выше поведение девочки показалось странным и, дождавшись перемены. Он решил выловить её на разговор. Наедине сделать этого как хотелось бы, не удалось. Мальчик постарался начать как можно спокойнее: - Лер, что вокруг такое происходит? Почему вдруг все стали косо на меня смотреть? - А то ты сам не знаешь! Или у тебя память отшибло? – наигранно хихикнула собеседница. - Напомни, будь другом. Мне безумно интересно, - выжидающе ответил наш герой. - Так. Во-первых, я девочка, а девочек называют подругами. Но я для тебя не друг и не подруга, и никогда ею не буду, поэтому, если ещё хоть раз меня так назовёшь, то тебе не поздоровится. Уяснил? А во-вторых, своих друзей не избивают. Я уже всем рассказала, как ты обошёлся позавчера с Сашей! Для меня это полный шок был. Ну, честно! Я была так удивлена, что просто не могла удержаться, и рассказала обо всём своим друзьям, а те остальным. Скажи, ты только так умеешь решать споры? Я, конечно, понимаю, что такая красивая, но чтобы драться из-за меня… Неужели, вы не могли уладить ссору как-то более мирно? – задала вопрос Лера. - Какая ссора, какие споры? Что за бред ты несёшь? Я? Да, мне и мизинцем было бы лень ради тебя пошевелить! Я не знаю, что ты там видела, но все твои рассказы полнейшая чушь! Как вы вообще что-то увидеть могли, если стояли далеко впереди? Лжецы! Я наоборот защищал его от нападений Димы, который со своей братвой принялся кидать в него льдом. Да без моего вмешательства Саша совсем бы покалеченный остался! Вот как. Помог человеку, а теперь, оказывается, в чём-то ещё виноват. Откуда ты насочиняла таких сказок? Был бы Саша здесь, он подтвердил бы мои слова, - завёлся, оскорблённый словами Леры Миша. - Ага. А может ты его ещё от сорвавшегося с путей поезда спас или снежной лавины? Поищи другие уши лучше. Подумай, кому поверят больше: какому-то зануде-неудачнику с первой парты или любимой учительнице Людмилы Владимировны, мелькающей у всех на глазах? Можешь не отвечать. Ответ очевиден, - задрала нос Лера. - Да, я же был на этом месте, а не ты! С какого перепугу люди должны верить свидетелю, чем участнику? Тупорылая тварь! – наконец, не стерпел второклассник. - Может, ты ещё меня ударишь? Давай, докажи свою невиновность прямо сейчас. Успокой меня, - подстрекательским тоном начала ученица, а затем, уже обратившись к публике, чтобы все слышали, продолжила, - Смотрите, убийца вышел на тропу войны! Спасайте своих друзей, кажется, у него в кармане лёд! Не тяните! Честно говоря, сейчас Мише страсть как хотелось хорошенько врезать наглой лгунье, несмотря на то, что она девочка, но, к счастью, его сдерживала мысль, что если он это сделает, то лишний раз подтвердит правоту её слов. Злодейка умудрялась повернуть любую ситуацию таким образом, чтобы привлечь к себе внимание. Наш герой стиснул зубы, и, осознав собственное бессилие, удалился прочь. С этой минуты за ним закрепилась нехорошая репутация драчуна. Дима же в своей вине на весь класс признаваться, разумеется, не собирался. Главное теперь, чтобы эти слухи не дошли до мамы. После окончания уроков, несмотря на всё произошедшее, великолепная четвёрка собралась на крыльце и стала решать, куда пойти гулять, поскольку дома было делать нечего. Гаражи во дворе уже надоели – хотелось чего-то новенького. Обиженного Мишу неуклюжий Рома пытался приободрить шуткой, что учительница теперь будет бояться ставить ему двойки, однако, тот был серьёзен как никогда. Он начал сомневаться в Диминой дружбе. Мальчик шёл по хрустящему снегу и вспоминал, как прошлой осенью тут точно также хрустели ветки деревьев. Перебирая в голове события не так давно минувших дней, Миша вдруг спросил Диму: - Слушай, а почему ты считаешь себя сильным? Ну, сильнее Саши, например. - Что за тупой, мать твою, вопрос. Ты же сам видел, что он не мог мне ответить. А я сильный… Ну. Потому что так и есть… Все это знают, - ответил длинный мальчик. - А если проверить? Силу можно измерить не только в количестве побитых жертв. Впрочем, я это уже говорил, - никак не хотел успокоиться наш великолепный герой. - Проверим, хоть сейчас. Я всегда готов на испытания, - завершил разговор Дима. Тут стоит упомянуть, что ещё вчера высокий мальчик подошёл к Мише, чтобы помириться и взять свои слова по поводу выбора друга обратно. Миша умел прощать. После разговоров они решили, что зайдут к Саше, чтобы потом пойти погулять у озера. Исход сегодняшнего дня должен был определить раз и навсегда, кто же на самом деле сильный. По дороге к толстяку троица забавляла себя фантазиями о том, как бы Саша выглядел в образе качка. У толстяка никого не было дома. С большим трудом уговорив его покинуть свою берлогу, команда направилась к озеру. Благодаря суровым зимним морозам оно целиком покрылось ледяной коркой, и теперь скорее походило на гигантское зеркало. Сильным, по условиям спора, должен был быть назван тот, кто первым пересечёт озеро поперёк. Дима переглянулся с остальными приятелями и, усмехнувшись простоте задачи, пошёл к другому берегу. Саша, ещё не до конца оправившийся от предыдущего приключения по поиску медпункта, неторопливо побрёл вслед за ним, дабы не ударить в грязь лицом. Остальные наблюдали, каждый болея за свою сторону. Хоть Саша был и тяжелее Димы по весу, он без труда обошёл его уже на второй минуте. Если с берега задача перейти озеро казалась наипростейшей, то на льду позиция участников чудодейственным образом менялась с точностью до наоборот. Было очень скользко. Кроме того, герои были одеты в неудобные шубы и напоминали своими движениями космонавтов. Подошвы обоих ужасно скользили. Герои находились в сложном положении – они понимали. Что нужно ускоряться, дабы опередить соперника, но в то же время необходимо было быть предельно осторожными, помня о том, каким «штрафом» может грозить превышение скорости. Неожиданно, где-то под ногами послышался звук потрескавшегося льда. Дима вытянулся во весь рост, насторожившись, а Саша продолжал уверенно шагать прямо, правда, скорее, от нечуткого слуха, чем из-за безграничной смелости. Они сделали ещё пару шагов, и звук повторился, только теперь уже гораздо отчётливее. Кто-то невидимый начал рисовать около героев ломаные линии, постоянно норовя их окружить. Дима замер, наблюдая данную картину, а затем, грязно выругавшись, повернул обратно. Он сказал, что игра не стоит свеч и только одному дьяволу известно, как его угораздило принять это долбаное пари. Саша стоял в растерянности. Он чувствовал, как содрогается твердь. Дима упал, поскользнувшись у самого берега, чем создал ещё больше трещин. Лёд начал уходить под воду. Саша, не имея возможности сдвинуться с места, звал на помощь. Наконец, и он провалился вниз. Оставшаяся на берегу братия, конечно, не могла безучастно следить за происходящим. Миша, подтвердив лишний раз статус преданного друга, ринулся в воду спасать беднягу. Луна из-за макушек деревьев подглядывала за ребятами. К сожалению, спустить своих подруг-звёзд на землю, чтобы те выручили горемык, она не могла. Ветер, некстати, усилился. Наш спасатель, даже не сняв с себя одежды, за исключением разве что шубы, в которой держаться на плаву было бы просто нереально, уверенно двигался к утопающему. Тело жгло. Вода в озере оказалась настолько холодной, что после пяти минут плавания нижние конечности попросту немели. Несмотря на стучащие зубы и сине губы, Миша таки добрался до взывающего о помощи Саши. Он уронил свои очки на дно. Перед глазами творилось что-то непонятное, отчего мальчик волновался ещё больше. Ему никак не удавалось разглядеть, тут ли вообще его друзья, или они уже давно ушли, кинув его на произвол судьбы. Дышать при такой температуре становилось всё труднее, поэтому Саша говорил заикаясь. Он тщетно опускал голову под воду с целью найти пропажу. Стоило несчастливцу отчаяться и смириться со своей нелепой кончиной, как появившаяся из ниоткуда дружеская рука потащила его на берег. Ещё бы чуть-чуть и Саша захлебнулся, поскольку он абсолютно не умел плавать. Лица вылезших из воды ребят были белее принтерной бумаги. Они попросили зажигалку, чтобы хоть каким-то образом обогреться, но ни у кого не нашлось. Те, которые оставались на суше, поделились с ними верхней одеждой. Двое мальчиков пожали мужественную руку Миши. Их поступок вызвал непонимание Димы. Он ещё раз посмотрел в сторону проклятого озера и с недовольным тоном произнёс: - Но ведь он так и не дошёл до конца! Ничья! Спор недействителен! Ясно вам? - Признайся, что ты слабак, - обернувшись, хором произнесла вся его бравая команда. Дима не поверил своим ушам и, униженный, попытался было полезть в драку, но потом понял, что их больше, и отступил. Авторитет был подорван, лидерство утрачено. Сделка наглядно показала, что только поистине сильный духом может жертвовать собой во имя других. На вопросы, почему Дима не прыгнул спасать Сашу вслед за Мишей, он отвечал, что тот жирный карапуз являлся для него пустым местом, но на самом деле парень просто побоялся быть простуженным. Правда восторжествовала. Дима отвернулся и со злости ляпнул, что лучше бы этот толстый крот пошёл ко дну, где ему самое место. Миша только покачал головой в ответ. Он напомнил, что так несправедливо облаянный «толстый крот», между прочим, в отличие от него остался стоять на месте, когда тот позорно убежал. Длинный мальчик, не дослушав собеседника, возразил, назвав описанный выше поступок тупостью, но никак не смелостью. Наступила тишина. Его слов никто не поддержал. Дима в упор отказывался принять спор. А ведь, чтобы признать свои ошибки, нужно тоже быть сильным! Когда Миша возвращался домой, был уже вечер… А может и глубокая ночь. Трудно было определить, сколько времени, ведь солнце заходило рано, а наручные часы наш герой забыл взять. То и дело хлюпая носом, он чувствовал как заболевает. Провожая измученного Сашу до дома, мальчик тысячу раз извинялся, и, хотя, если судить объективно, Миша был действительно виноват, Саша не умел обижаться, а уж тем более держать зла. Луна всю дорогу следила за нашим героем. Ей было чудовищно жалко, что она не могла согреть нашего героя так, как палящее солнце. Бедняжка, весь трясясь, шёл по заснеженной дороге, предвкушая райское тепло домашнего уюта. Его немного удивил выключенный в окнах квартиры свет. Наконец, он добрался до двери и бледным пальцем нажал на звонок. Никто не открывал. Мальчик переступил с ноги на ногу и позвонил снова. Ноль реакции. Родители не могли средь недели уехать ночевать на дачу, вмиг забыв о существовании своего сына. Быть может, они просто по какой-то причине не услышали звонка? Всякое случается. Миша достал из левого кармана своих штанов блестящий ключ, и, сунув в скважину, провернул два раза. Дверь отворилась. В коридоре было темно и душно. Обычно с порога школьника встречал шум работающего телевизора или включённого кухонного крана, который наполнял забитую посудой раковину водой, а сейчас ему даже на мгновение показалось, что он ошибся адресом. Мальчик вышел сверить номер квартиры – всё верно. Ах, наверное, в доме просто отключили свет, и сейчас нашему семейству предстоит путешествовать от комнаты к комнате со свечками! Каждый раз, когда подобное случалось, мальчик вопреки маминым ожиданиям радовался, ведь подобное было так похоже на приключенческие фильмы. Он сразу же выдумывал, будто здесь запрятано множество сокровищ и принимался искать потайные ходы. Однако в остальных квартирах дома свет исправно горел. Неужели, это новый способ сэкономить на электричестве? Миша прошёл в одну из комнат. Там, лёжа на диване, спала мать. Сегодня она не пошла на работу. Что ж, видимо, так надо. Второклассник не стал мешать маминым снам, зная, как тяжело ей иногда достаётся. Сдерживая болезненный кашель, он вышел из комнаты и направился к другой. Мальчик сразу же заметил что-то не то. Он зажёг люстру, и его взору представилась неописуемая картина. Одна лампочка перегорела, и освещение стало тусклее. Прямо в центре комнаты, цепляясь за потолочный крюк, висела серая верёвка, конец которой образовывал петлю, а в этой петле с просунутой головой болталось безжизненное тело его отца. Оно было бледным и слегка покачивалось. Сын приложил руки к щекам и попробовал закричать, но получилось издать лишь простуженный хрип. Глаза отца были наполовину закрыты. Зрачков не было видно. Тело выпрямленное. До этого Миша помнил своего папу только в сгорбленном виде. Он всё сильнее ворочал головой, не желая видеть то, что ему показывали его глаза. Интерьер становился размытым от слёз. Он проглатывал комок за комком, но к горлу подступали новые. Вскоре, их набралось столько, что горло распухло. И вдруг ему стало так больно внутри, что он согнулся, прижав голову к полу. Губы сами что-то лепетали, одну единственную фразу. Наконец, он привстал и быстро побежал будить маму. Мальчик живо расталкивал её, чуть ли не бил. Лишь только та открыла глаза, он принялся болтать что-то невпопад, спешив всё объяснить в максимально короткий срок. Миша начинал новое предложение, не успевая закончить предыдущее. Он отвёл маму в другую комнату. Ужаснувшись, та выбежала на кухню, чтобы захватить нож и перерезать верёвку. Но они опоздали. Когда верёвка была перерезана, отцовское тело с грохотом упало на пол. Он больше не дышал. Мать долго рвала на себе волосы, а потом взяла ребёнка на руки, села в угол и уставилась смотреть в одну точку. Миша обнял маму, что есть мочи. А в её глаза сейчас лучше было не глядеть, ибо там изображался такой страх, будто все горести мира воплотились в одном единственном сердце. Вдруг свет моргнул от перепадов напряжения. Мальчик уткнулся в мамино плечо. Он без конца задавал один и тот же вопрос, на который никто не знал ответа. Мать начала, не раскрывая рта, напевать колыбельную. Мишу это пугало. Школьник знал, что хотя отец и никогда не дарил подарков, а жену, вместо благодарения избивал, в глубине души он всё-таки любил свою семью. Вчера они с мамой снова крупно поругались. Видимо, это стало последней каплей. Но какие бы трудности не встречались на твоём пути – нельзя сдаваться! Жизнь – игра. Но, прежде чем выйти из игры, следует её закончить. Миша не мог остановиться. Он плакал до тех пор, пока в его организме не закончилась влага. Мать продолжала напевать знакомую мелодию. Сын прервал её, попросив пообещать, что она никогда не покинет его. Мама посмотрела на ребёнка… а затем снова уставилась в одну точку. Этой ночью было холодно даже с закрытыми окнами. На этот раз было невозможно согреться. Отчего же люди уходят из этого мира так скоро, и не попрощавшись? Что за отвратительная привычка?

Новое: ДАМА ПИК Если дама сердца сменилась дамой пик И ушла под трек «помоги мне, доктор Дик», Не печалься, парень, она потом поймёт, Что ей было лучше закрыть свой грязный рот. Может, правда, сразу, конечно, не понять. Грудь заполнив гордостью, продолжать молчать, Ты тогда напомни ей о себе родном, Вечером с гитарой усевшись под окном, Или позвони, пожелай спокойных снов, Но отрепетировав, чтоб без лишних слов, Коль в трубе мобильного прозвучат гудки, Тут ещё нет повода сопли лить в платки, Лучше анонимно пришли букет цветов, И скажи, что всюду пойти за ней готов. На асфальте «милая» мелом от руки – Женщинам приятны такие пустяки. Если не прокатит, попробуй удивить, Все в кино билеты заранее скупить, Оперу великую сходу сочинить, На пикник под звёздами даму пригласить. Совесть разыграется, крошка приползёт. Для неё романтика, словно кислород. Будь предельно строгим, суровым мужиком. Сердце ледяное? Облейся кипятком. * * * Смейся пока живой, Пьянствуй и громко пой. Скоро придёт рассвет, Кара двух тысяч лет, Двери сойдут с петель, Крики твоих детей Будут молить «спаси». Грешных плодов вкуси. Сумки бросай, беги, Рядом твои враги Прячутся за спиной, В злой тишине ночной, И наперегонки Точат свои клинки. Трудно уже дышать, Нужной быстрей решать. * * * Зимой май бой Уйдёт в запой Придёт ковбой Придёт ковбой Зимой с одной Весной с другой Уйдёт с женой Весной любой hog12 © 28 February 2011 

17 декабря 1997 В этот раз снег выпал как-то поздновато, но зато с появлением первых хлопьев вся детвора мигом побросала свои неотложные дела и радостно бросилась на улицу, чтобы половить их ртом. Притом снегопад не прекращался следующие двое суток напролёт и уже очень скоро дети могли, лёжа на снегу и раскидывая руки в сторону делать ангелов, а кое-кто даже демонов. Серый мир буквально преобразился на глазах. Впрочем, если говорить о монотонности, то серой жизнь города и нашего героя в частности не была. За прошедший год недалеко от дома Миши построили два маленьких продуктовых магазинчика и возвели новую детскую площадку. Школьная жизнь также не стояла на месте. Между учениками возникали ежедневные ссоры и интриги. С приходом тётушки зимы в здешние края поменялся не только окружающий мир, но и внутренний. Дети стали чаще улыбаться, насвистывать весёлые мотивы. Оно и понятно, ведь приближались долгожданные зимние каникулы со своими новогодними праздниками. Наступало время волшебства, которой порой так не хватало в скучном реально, осеннем мире. Правда теперь, прежде чем собраться погулять с друзьями на улице, приходилось напяливать на себя кучу шерстяных свитеров и огромные толстые куртки, в которых чувствуешь себя неповоротливым бегемотом, однако, это не мешало позитивному настрою ребят. Конечно, в момент, когда отметка термометра падала сильно ниже нуля (так. Что выйдя на свежий воздух, тут же от холода хватаешься варежкой за нос) дети вспоминали лето. Но стоило им дойти до какого-либо отопляемого помещения и согреться, как они тут же просились обратно. Зима представляла множество вариантов для забав, какие было трудно воплотить в любое другое время года. Чего стоит одно только катание на санках и лепка снеговика! Но вот вставать в школу с каждым разом становилось всё труднее. День становился таким коротким, что пока Миша шёл домой после учёбы, солнце уже начинало спускаться вниз и вокруг смеркалось. Да, и вьюга из окна была не лучшим способом поднять мальчика с тёплой постели. Миша часто задумывался, что если бы возможно было совместить теплоту солнечного лета и красивые заснеженные поля, то это было бы его любимым временем года. В последние учебные дни проводилось мало уроков – вместо них ребята посещали различные экскурсии с целью поднять общий культурный уровень. Разумеется, школьники всегда хорошо относились к подобным предложениям – для них вообще всё, что давало освобождение от занятий считалось хорошим. Вот и сейчас, возвращаясь из очередного музея, дети очень свободно себя чувствовали. Они, возглавляемые бравой Людмилой Владимировной, шли не единой толпой, а расформировавшись в небольшие группки, при этом стараясь не отставать друг от друга, потому что при отставании кого-либо она сразу начинала повышать голос и читать нотации. Её волнение более чем понятно: ведь она поставлена на пост классного руководителя, а, следовательно, несёт ответственность за каждого потерявшегося или покалеченного ребёнка. Миша рядом с Димой и ещё двумя мальчиками, которые в прошлом году прыгали по гаражам. Каждая группа болтала на свою тему. Молчала только учительница. Впереди, то и дело поправляя очки, шёл Саша. Со своим собеседником он говорил мало и крайне неохотно. Дело в том, что окружающие всё ещё посмеивались над его дефектом речи, стараясь задеть, как только представится удачная возможность. А наша команда обсуждала машины. Они спорили, у кого будет больше личных автомобилей, когда он вырастет. Миша ещё с самого начала уловил бессмысленность данного спора, но вслух почему-то своих рассуждений не огласил. Вот на пути показалось широкое шоссе с пешеходным переходом. Половина класса сумела перейти дорогу до того как на светофоре загорелся красный свет, а другая, отделившись, осталась ждать. Видимо, не зная, чем себя занять, Дима поднял снежок и кинул в Сашу. Из-за холода снежки лепились не лучшим образом, но если долетали до цели, то очень неприятно рассыпались и жгли тело ледяными иголочками. Ком попал мальчику по затылку. Он решил проигнорировать вызов, ведь это самый верный способ, чтобы от тебя отстали. Но, как известно, дурной пример заразителен, и вслед за первым снежком полетели другие, брошенные друзьями Димы. Саша старался сохранять дружелюбный вид, притворяясь, что ничего не замечает. Однако такая реакция только разозлила мальчиков, идущих сзади. Посчитав бросание снежков не слишком эффективным, Дима подобрал с земли ледяной осколок и кинул в спину толстому однокласснику. Тот всхлипнул от неожиданности и повернулся лицом к обидчику. Теперь оно выражало уже неприкрытое негодование. Всякому терпению приходит конец. Очевидно, бедняга собирался что-то сказать, но грозные ребята опередили его следующим залпом ледяных снарядов. Если снег был мягким и единственное неудобство, которое он мог представить, заключалось в его холодности, то кидаться льдом было действительно больно. Малолетние бандиты обстреливали недруга как могли. Ему же приходилось закрывать лицо руками, дабы сохранить его в целости. Кто знает, что случилось бы дальше, если бы за Сашу не вступился Миша. Опустив брови, он встал на сторону толстого мальчика и сказал: - Не трогайте его! Он ничего вам не сделал! - Так ты за него? А тебе-то он что такого сделал, что ты его сейчас так бережно охраняешь? Отойди, не мешайся, если не хочешь с нами, - сказал Дима. - Издеваться над беззащитными? Нет, не хочу, - решительно произнёс наш герой. - Да какой он беззащитный? Пусть защищается, я не против, - отозвался Дима. - Ага, попробуй с вами защитись. Я если защищаться начну, так вы ещё сильнее атаковать меня будете, - поднялся Саша. - А ты вообще заткнись, тебе слова никто не давал. Только за спиной у кого-то вякать умеешь, вонючая дефектная скотина? – довольно грубо произнёс длинный мальчик. - Почему ты так его ненавидишь? Он же никого не трогает. Да, я сколько его знаю, ни разу не слыхал от него плохого слова. Зачем бросаться? Или вы не видите, что человек не хочет с вами в снежки играть? – стоял на своём Миша. - Посмотри, где ты сейчас стоишь. Напротив нас! Но ты же наш друг. Неужели тебе так трудно объяснить, что сильным нужно доказывать свою силу? Для этого только и существуют слабые люди. А если не доказывать, то кто же будет знать о твоей силе? Сильных боятся и уважают. Они получают, что хотят. А ты сейчас на стороне слабого. Задумайся. Пойми, пока не поздно, - начал объяснять Дима. - Я на стороне своего друга! И если ты думаешь, что сила заключается в том, чтобы побить слабого, мне тебя жаль. Насмотрелся звёздных войн! – хмыкнул Миша. - Ах, на стороне друга? Ну, вот теперь и выбирай, кто тебе друг, - заключил Дима. Разборки ребят тут же заметила Людмила Владимировна. Правда, в тот момент, когда они обернулись, Миша держал Сашу обеими руками, а у того был разбит нос, потому что негодяям всё-таки удалось кинуть лёд на прощание. Разумеется, преподавательница подумала, что во всём виноват наш герой, и, не желая слушать никаких объяснений, начала на него кричать. Она схватила несчастного Мишу за руку, сказав, что сегодня он останется после уроков. Дитя не могло сопротивляться. Всё произошло настолько быстро, что бедняга не понимал из происходящего ровным счётом ничего. Остальные ребята, оторвавшиеся от группы наших героев, тоже пропустили описанные выше разборки, поэтому впоследствии родилось множество забавных слухов. Дима и компания наказания, как и предполагалось, избежали. Всю оставшуюся часть дня Миша был грустен и уныл. Отчасти из-за того, что сегодня придёт домой поздно и не спеет толком отдохнуть, отчасти потому, что учительница подумала, будто ему взбрело в голову избить собственного друга. Не нужно упоминать, что убедить преподавательницу в неправоте своих мыслей было абсолютно невозможно, поскольку она думала, это подорвало бы её авторитет. Учителя никогда не ошибаются! Сашу отвели в медицинский пункт, и больше сегодня он не появлялся, а остальные просидели ещё два урока и помчались домой. Кроме Миши. Встав из-за своего стола, Людмила Владимировна сказала, что вернётся через десять минут, и чтобы наказанный оставался тут. Наш герой остался в пустом помещении. Мальчик подошёл к окну и начал разглядывать созданные морозом узоры на стекле. И хотя вдалеке они казались совершенно одинаковыми, лишь стоило ему подойти ближе, как он тут же заметил неповторимость каждого из них. Так и люди: толпа – бесформенная серая масса, движущаяся в неизвестном направлении и преследующая неизвестные цели; и индивидуум со своей идеей, суждением и оригинальным видением, который, в свою очередь, является всего лишь частью толпы. Впрочем, тут нет ничего удивительного – всё состоит из частей, даже молекулы. Миша аккуратно притронулся тёплым указательным пальцем к одному из узоров. Чудилось, будто бы над оформлением этого стекла работало множество талантливых художников. Наш герой присмотрелся ещё ближе, и от его дыхания несколько блестящих кристаллов обернулись капельками воды. Он удивился чрезмерной хрупкости произведения природы. Пока преподавательница не пришла, мальчик принялся ходить из стороны в сторону, и, наконец, остановился рядом с учительским столом. В его голове промелькнула идея воспользоваться случаем и познакомиться со своим классным руководителем поближе через его вещи. Начал он, как нетрудно догадаться, с верхней выдвижной полки. Там в беспорядке было раскидано множество бумаг с цифрами и буквами, суть которых, видимо, оставалась ясна только их владельцу. Но только Миша поднял руку, чтобы закрыть этот ящик и перейти к другому, как увидел среди бесчисленной макулатуры читательский журнал. Исправлять оценки, основываясь на прошлогоднем опыте, ему больше не хотелось, однако же, в том, чтобы лишний раз просмотреть общую успеваемость класса, он ничего предосудительного не видел, поэтому без особых раздумий потянул к нему руки. Но то, что под журналом заняло его больше всего. Миша приоткрыл рот от неожиданности. Десятки детских фотографий разных размеров застилали всё дно ящика. Какое отношение это имеет к школьным делам? Было бы ещё понятно, если бы там находилась фотография класса во главе с учителем, но ведь эти снимки принадлежали разным детям, большую часть из которых мальчик вообще не видел вживую! Изображённые дети были разных возрастов – от пелёнок, когда малыш ещё не умеет стоять на ногах и не осознаёт себя, до двенадцатилетних школьников и школьниц, у которых начинают прорезаться первичные половые признаки, но фигурировали, конечно, младенцы. Наш герой вытянул шею вперёд. Увиденное не поддавалось никакому логическому объяснению. Разве что это были её дети, но тогда почему так много? Да, и чтобы народить подобную популяцию к тридцати с небольшим годам, нужно сильно постараться. Почти все они улыбались на снимках. Вот отдалённо из коридора послышался озабоченный цокот женских каблуков. Миша встрепенулся, положил все бумаги как они лежали, и поспешил вернуться на своё место. Он и представить боялся, какое наказание его ждёт, если Людмила Владимировна заметит, что кто-то рылся в её вещах. Скинуть вину на другого однозначно не удастся – Миша один в классе. Дверь распахнулась. Замучавшаяся, учительница немного постояла в дверях, держа книги, а затем, чуток передохнув, прошла внутрь. Наш герой внимательно следил за каждым движением преподавателя, надеясь найти в них позитивный настрой, ведь когда Людмила Владимировна была в хорошем настроении, она могла закрыть глаза на некоторые вещи и облегчить наказание, но, к сожалению, пока всё говорило об обратном. Она присела за своё место и, молча, долго тарабанила пальцами по столу, как будто кроме неё здесь никого не было. Миша сидел тихо и старался не мешать её безмолвным монологам. Он даже подумал, что сейчас лучше будет не спорить и соглашаться с каждым её словом, даже если на самом деле он не причинял вреда Саше. На часах уже было много времени. Большинство преподавателей с первого этажа уже разошлись по домам. В окно стучался мрак. Мише почему-то стало страшно. Учительница оглянулась по сторонам, потом подошла к коридору, прихлопнула, как следует дверь, вернулась на место, достала из самого нижнего ящика пепельницу и закурила. Вместе с первым затягом прозвучал облегчённый выдох. Людмила Владимировна повернулась в сторону тёмного окна и стала смотреть на своё отражение. Поскрипев креслом, присевши поудобнее, она спросила Мишу таким голосом, будто он был её давнишним приятелем, а вовсе не рядовым учеником с разницей в возрасте более двадцати лет: - Скажи, как к тебе относится твоя мама? Она любит тебя? - Да, - встревожено ответил ученик, опасаясь, что та сейчас захочет вызвать её к себе. - Любит, несмотря на то, что ты порой совершаешь нехорошие поступки и не слушаешь её советов. Это достойно уважения. Она любит тебя, когда ты смеёшься, плачешь, гуляешь с друзьями, ешь, спишь. Бесконечно долго. И вовсе не за то, что ты для неё делаешь, а, прежде всего, просто за то, что ты есть. Ведь это именно её ребёнок, и другого такого не купишь, как плюшевого мишку в магазине игрушек. Даже, когда она ругается и говорит, что ненавидит, она тебя любит. Цени эту любовь, потому что так как матери, ты больше никому на свете не нужен, - проникновенно произнесла Людмила Владимировна. - Я ценю…, - склонив голову, вслушиваясь в каждое слово, проговорил мальчик. - Она, может быть, и сама не понимает, как счастлива, - стряхнув пепел и откинувшись на кресле, сказала преподавательница, а затем продолжила, - Ведь есть много других людей, которые хотели бы стать хорошими родителями, но судьба не дала им шанса. Эта несправедливость, конечно, убивает. - То есть как, не дала? Мне наоборот говорили, что у каждого есть свой шанс. Зачем им было меня обманывать? – прервал рассказ учительницы своим вопросом Миша. - Взрослые часто обманывают детей. Чтобы не убивать их интерес к жизни. Но чем дольше ребёнок живёт, принимая ложь за правду, тем потом больнее выжигает глаза реальный мир. Одни люди рождаются дочками и сынками великих звёзд, благодаря чему за сво1 будущее они могут не беспокоиться, ведь всё уже предрешено могущественным папочкой, а другие на протяжении шестидесяти лет не видят ничего, кроме бедности, и единственной их целью становится пережить сегодняшний день. О какой справедливости может идти речь, когда люди уже рождаются неравными! С каким наигранным сожалением мне сказал доктор, что у меня не будет детей… Естественно, ему ведь никогда не понять моих чувств по-настоящему! – тут она первый раз за время разговора посмотрела прямо в глаза мальчика, а затем пояснила, - Три года назад врачи поставили мне диагноз, что я бесплодна. Это звучало страшнее, чем приговор к смертной казни. Ведь основная функция человека заключается в производстве потомства, а зачем он иначе нужен? Вся игра мгновенно теряет смысл. - Ну, а как же усыновление? Есть много детских домов…, - осторожно заметил Миша. - Ты бы сам согласился взять к себе жить ребёнка, рождённого и брошенного кем-то другим? Это же не дворняжка, которую можно приютить, когда за окном целый день льёт ливень. Даже если поступить так, я никогда не избавлюсь от мысли, что являюсь не родной матерью для него. Придётся всю жизнь обманывать себя и его… Впрочем, чего я сейчас тут распинаюсь, ты ещё слишком мал, чтобы понять всё устройство мира. После продолжительной депрессии я решила связать свою дальнейшую жизнь с детьми, устроившись учительницей в начальной школе. Деньги меня не интересовали, поскольку даже если бы мне платили в четыре раза больше, мне всё равно было бы не на что их тратить. И это в самом деле так. Однако в скорости меня начинало жутко обижать и ущемлять лицезрение счастливых мам и пап. На их фоне я чувствовала себя единственной неудачницей, - зажмуривая глаза и сдавливая комок в горле, произнесла Людмила Владимировна, а потом добавила, - Думаешь, кто из парней захочет на тебе жениться, зная заранее, что не сможет иметь с тобой детей? Это инвалидность на всю жизнь! Кому захочется навеки отказаться от отцовства, принеся себя в жертву такой женщине, как я? Одиночество будет моим кредо. В конце концов, если кому-то одному хорошо, то другой должен расплачиваться и страдать, чтобы держать мир в равновесии. Только так. А теперь иди и скажи своей матери как сильно она тебе нужна, а не то я в самом деле тебя накажу. Надеюсь, ты когда-нибудь поймёшь мои слова. - Я серьёзно могу идти? – радостно, но несколько недоверчиво произнёс наш герой. - Только не рассказывай никому, пожалуйста, о нашей сегодняшней встрече. Мне нужно было непременно излить кому-нибудь свою душу, иначе мысли просто разорвали бы меня на части. Возвращайся домой, а я ещё останусь здесь посидеть, - задумчиво проговорила учительница и пустила из носа облачко сигаретного дыма. - Хорошо. До свидания, Людмила Владимировна, - смиренно произнёс Миша и поспешил удалиться. Идти к раздевалке по пустым коридорам было непривычно – обычно тут не удавалось и шагу ступить, чтобы тебя кто-то не толкнул. Пожалуй, сейчас Миша тоже на секунду почувствовал себя одиноким. Произошедший разговор навсегда поменял его отношение к классному руководителю. Теперь он не сомневался в том, что плохих людей на земле нет – есть только несчастные. До дома наш ученик шёл мелкими шажками, боясь не разглядеть вовремя опасности и поскользнуться на льду. Когда Миша вошёл в квартиру, мамы не было. Очевидно, она ушла на одну из работ, чтобы заработать денег. Он прошёл в спальню. Детская кровать была постелена ранее, а это означало, что мама не вернётся до утра. Но нужно было ещё выполнить домашнее задание. Страдалец скинул с плеч поднадоевший портфель и принялся раскладывать на столе учебники. Конечно, работы было не столь много и её можно было отложить на завтра, списав впоследствии решённые задачки у умных одноклассников на ближайшей перемене, но совесть не позволяла мальчику лениться. Он начала что-то писать, но тут, как назло закончилась ручка. Пока мальчик менял стержень, в дверной проём, шатаясь, ввалился отец и недовольно оглядел помещение. Неуклюжими движениями он почесал щетину. Если выражение: «глаза – зеркало души человека» принимать за истину, то можно сказать, что отец семейства давно продал душу дьяволу, так как его взгляд вечно был направлен в никуда. Даже если он смотрел на человека, казалось, будто он смотрит сквозь него. Миша не любил встречаться взглядом с ним и предпочитал вести беседу, не поднимая головы. А лучше вообще молчать, дабы ненароком не сказать ничего лишнего. Было холодно. От содрогания рук наш герой никак не мог попасть кончиком стержня в нужное отверстие. Утерев нос, отец направился к сыну. Выражение его лица не менялось на протяжении всего действа. - Почему пришёл так поздно? – задал вопрос явно агрессивно настроенный папа. Не отрывая руки от тетрадки, мальчик что-то невнятно пробубнил о школьных делах. Очевидно, ответ не удовлетворил отца, потому что в следующую секунду он повторил свой вопрос, только уверенней и громче. Миша старался не выдавать внутреннего смятения. В конце концов, ему часто приходится становиться свидетелем неконтролируемого гнева папы. Это в какой-то степени уже стало нормой. Не желая слушать оправданий, грозный отец подошёл к сыну и поднял его за левое ухо так, что бедняга повис в воздухе, упустив твердь из-под ног. От сумасшедшей боли некоторые части лица просто онемели. Он ощущал его напряжённое дыхание. Создавалось впечатление, будто папа хотел вовсе не наказать ребёнка, а лишь выплеснуть накопившуюся злобу под первым подвернувшимся предлогом. Как только у Миши зашевелилась нижняя губа, он сразу же её прикусил. Ни одной слезы не упало из детских глаз. Вдруг отец на мгновение вздрогнул, его брови приподнялись, и рукой, которой до этого момента держал жертву, схватился за свою голову. Мальчик упал на пол, рефлекторно принявшись тереть покрасневшее ухо. Папа пошатнулся, и спиной опёрся на ближайшую стену, съехав впоследствии по ней на пол. Что-то сверкнуло в его разуме. Он взглянул на свои ладони, усеянные бесчисленными линиями и мозолями, а затем тихо произнёс: - Что же я делаю? Почему так? Этими руками нужно вспахивать поля и кормить семью, а я… Ради всего святого. Хотя, теперь уже к чёрту… Он поморщился и стал медленно моргать, как моргают, когда хотят спать. Перед сном, лёжа на кровати, Миша долго думал. В этот день он дважды открыл для себя, что, оказывается, и плохие люди могут быть хорошими. Правда, от данной мысли почему-то становилось очень грустно на сердце. Мальчик, как следует, взбил подушку и постарался больше не думать о плохом. Вскоре настал долгожданный сон.

В ожидании, что вот-вот настанут выходные, конечно, было непросто высиживать урок за уроком, но старания Миши, наконец, были вознаграждены, и он покинул ненавистное здание до понедельника. Ребята решили не расходиться сразу, а пойти погулять куда-нибудь во дворы. Все активно поддержали эту идею, поскольку никто из них не строил никаких планов. Пока остальные трое переодевали обувь в раздевалке, Дима ждал их на крыльце. Он никогда не носил с собой сменной обуви, из принципа. Может, он постоянно забывал её дома или ещё что, но скорее всего ему просто доставляло удовольствие препираться с дежурным и грозить им кулаком, если они посмеют его остановить. Дима вообще был не прочь продемонстрировать свою силу при любой удачно подвернувшейся под руку возможности. За это его и уважали, если, правда, страх перед дракой, в которой заранее известен победитель, можно назвать уважением. Каждый раз нашей четвёрке приходилось ждать одного и того же паренька, который вечно завязывал шнурки на своих дырявых поношенных кроссовках в узел, а не бабочкой, затем ещё столько же времени пытаясь их распутать. Друзья, само собой, морально и физически помогали отстававшему, крича на него и ударяя по заднице ногой, но помогало это, к сожалению, мало. Потом, выдыхаясь, Дима многозначительно произносил, что неуклюжего только могила исправит. А пока все смеялись над сказанной выше фразой, Миша думал, что даже такому неуклюжему мальчику как этот, тоже может быть больно. Спустя пять минут, бравая братия уже шла вдоль забора, мелькая за зелёной листвой. Неуклюжий парень, подгоняемый друзьями, кстати, так и не смог завязать шнурков. Вскоре они завернули за угол и продолжили свой путь уже не по ровному асфальту, а по вкусно хрустящим осенним веткам. Под ногами уже потихоньку начали появляться оранжевые кленовые листья – признак скорого прихода осенние в здешние края. Вдали от бесконечно снующих туда-сюда автомобилей дышать стало заметно легче. Вот Дима поднял одну из валяющихся на земле веток, и спросил Мишу: - Знаешь, чем отличается эта ветка от остальных? - Нет, - честно ответил наш герой. - В отличие от тех, тонких, что лежат внизу, это так просто не сломается, - он безуспешно пробовал надломить ветвь, а потом добавил, - Как и наша дружба. Запомни это. С этими словами Дима передал её Мише, и тот тоже тщетно попытался разломить растение. Признаться, было дико приятно слышать столь искренние слова в свой адрес. Всё-таки когда у тебя есть твой личный друг, который всегда постарается понять тебя и помочь в трудную минуту – это божественно. Да, обо всём этом первокласснику было известно и раньше, но теперь, когда слово «дружба» произнесено вслух, оно несёт совершенно иной эффект! Впрочем, что там объяснять – каждый, кто когда-либо имел друга, сам прекрасно знает, что это такое. Пройдя чуть вглубь дворов, ребята заметили около высотного здания несколько гаражей, куда на ночь паркуют свои машины жильцы. Сии достопримечательности показались им много занятнее поднадоевших каруселей, поэтому шайка решила остановиться здесь. Из-под колеса одного не укрытого автомобиля, сверкая глазами, выглядывал толстый кот. Казалось, будто он был поставлен сюда в качестве камеры слежения. У Миши даже родилась забавная идея по поводу того, чтобы коты каждое утро приходили к своим хозяевам и, мяукая, сообщали обо всём, что творилось прошлой ночью, а те бы как-нибудь распознавали их язык и давали дальнейшие руководства к действиям. Но лишь только мальчик очнулся от своих фантазий, как никого уже не было рядом – все спешили покорить один из гаражей. Подмигнув напоследок коту, он ринулся вслед за остальными. Забравшись наверх, Дима попросил всех разойтись, затем разбежался и прыгнул на рядом стоящий гараж. После совершения трюка, он обернулся к остальной команде, перехватил воздуха, и спросил, может ли кто из них повторить прыжок или они все навалят в штаны. На самом деле принимать вызов было довольно рискованно, потому как крыша была покатой, и удержаться на ней после прыжка являлось не простой задачей, но данная четвёрка обожала споры, устраивая их по десять штук на дню, так что азарт брал своё. Отказаться от участия – значит быть осмеянным на всю оставшуюся школьную жизнь. Второй мальчик не заставил себя долго ждать. Почти не подавая виду, что боится, он молниеносно перескочил через пропасть, и даже более того, остался стоять на ногах, приземлившись на соседний гараж, не склонившись, и не присев на корточки. Его выдала только капелька пота на лбу. Далее шёл черёд Миши. Он вдруг почувствовал как его портфель, будто мгновенно потяжелел в четыре раза и прилип к его спине, вероятно, тоже испугавшись предстоящего прыжка. Пальцы на руках беспокойно забегали, никак не находя себе места. Наш герой стал с каждой секундой всё отчётливее слышать собственное учащающееся дыхание, а ещё с минуту тому назад оно казалось таким тихим, будто он и не дышал вовсе. Миша был в центре внимания – все смотрели на него. Может быть, именно поэтому у мальчика возникало непреодолимое желание спрятаться от лишних глаз где-нибудь за колесом автомобиля. Нонет – это было бы откровенной и непростительной трусливостью, так что, отбросив никчёмные сомнения, собравшись, поверив в свои первоклассные силы, он разбежался и прыгнул так далеко, как только мог. Машинально, Миша даже зажмурился в прыжке от перенапряжения. А когда ему посчастливилось почувствовать под ногами заветную твердь, и он открыл глаза, всё было уже позади. Через мгновение сразу после того, как мальчик осознал свою победу над страхом, в его груди вспыхнул всепоглощающий огонь гордости. Однако на этом представление не закончилось. Позади отчаянной троицы оставался ещё один не перепрыгнувший участник. Им был тот самый неуклюжий мальчик, который не мог и десяти минут обойтись без того, чтобы не учинить очередную глупость. Он очень долго готовился к прыжку, пожалуй, даже больше троих остальных парней вместе взятых, и это, откровенно говоря, заставило команду заскучать. - Ну, ты прыгать будешь или как? А то я сейчас уже забью на всё и домой пойду! Очень мне охота смотреть, как ты там переминаешься с ноги на ногу, будто тёлка какая, - сердито проговорил Дима. - Дим, у него даже шнурки не завязаны. Он сейчас вот споткнётся, и потом мы проблем не огребём, - вмешался в разговор второй перепрыгнувший мальчик. - Да мне плевать на ваши проблемы! Ром, или мои глаза сию же минуту наблюдают за твоим крутым прыжком, или ты просто-напросто дешёвая тряпка с членом во рту, которым не место в нашей команде. Если ты что-то не расслышал, то меня это нисколько не колышет. Я два раза повторять не собираюсь, - заключил усевшийся на корточки высокий мальчик. Рома сглотнул. Делать было нечего. В конце концов, раз другие смогли, то почему он должен провалиться? С этими мыслями Рома отошёл подальше и подготовился к прыжку. Дабы обезопасить себя, он решил снять прохудившиеся кроссовки, оставшись в одних носках. Похоже, что бедняга панически боялся высоты, пусть даже и такой незначительной. Он старался не смотреть вниз, не думать о пропасти, но, как назло, чем больше мальчик отвлекал себя посторонними мыслями, тем наглее в голову лезли запрещённые. Лица зрителей становились злее с каждым вздохом. Они требовали хлеба и зрелищ. Вот, отключив на секунду все свои эмоции, мальчишка бросился к друзьям. Но, немного не рассчитав расстояние до края гаража, он прыгнул с другой ноги, чем планировал, и, как результат, больно ушиб колено при приземлении. Миша помог ему подняться на ноги, а затем похвалил его. Другие же только недовольно усмехнулись, очевидно, неудовлетворённые неуклюжим зрелищем. Лишь только братия собралась покинуть двор, дабы отправиться на новые поиски приключений, из окна многоэтажного дома, что стоял напротив, в тельняшке высунулся усатый мужик средних лет и начал сердито что-то орать. Он так увлёкся своими нотациями, что чуть было не выпал наружу. Четвёрка слушала эту истерику с полным равнодушием. - Да, вы с ума сбежали что ли, или с цепи сорвались, ненормальные? Вам больше делать нечего, кроме как целыми днями по гаражам прыгать? Только попробуйте хоть на метр приблизиться к моей машине, всех перестреляю к чёртовой бабушке! Таким как вы, только в тюрьме и место, хулиганы несчастные! – выругался недовольный мужик. - Ага, размечтался, - глядя на него, пробубнил себе поднос Дима. Видимо, кто-то из квартиры окликнул его, и мужик скрылся обратно, а ребята, тем временем, переглядываясь, стояли каждый на своём месте. Дима спрыгнул на землю, подобрал отколовшийся от асфальта небольшой острый камешек, и спокойно жонглируя им, двинулся по направлению к красному автомобилю, на который указал усатый нарушитель спокойствия. Добравшись до левого крыла, он остановился, а затем, насвистывая какую-то до боли знакомую мелодию, приложил камешек к поверхности автомобиля, и прочертил вдоль несколько десятков сантиметров. Раздался режущий слух скрежет. После свершения этой своеобразной мести за то, что какой-то неизвестный взрослый посмел повысить на него голос, Дима приподнялся и с грозной улыбкой посмотрел на сотворённый шедевр. Само собой разумеется, тут же последовала ответная реакция. Машина, будто ожившая от причинённой боли, взывала плачем сигнализации и разогнала ребятню. Довольные, мальчики наперегонки помчались прочь со двора. Дима был железно уверен в бесконечной правоте своего поступка. Собственно, даже если кто-то и не разделял его позиции, то возразить не смел, опасаясь драки. Этот парень умел отстаивать точку зрения, независимо от того, была она верной или нет. Набегавшись вдоволь, команда разошлась по домам. Забавно только то, что Рома потом вспомнил, как оставил свои не зашнурованные кроссовки на крыше одного из гаражей, и ему пришлось возвращаться за ними, чтобы не оправдываться перед мамой. Входной дверью Миша хлопнул на два часа позже обычного, чем очень заинтересовал свою матерь. Она спросила, почему это её сын так сильно задержался, и тот ответил, что проводил время в компании друзей. Сначала мама обрадовалась такой новости, ведь всегда приятно слышать, что твой ребёнок благополучно прижился к коллективу и стал незаменимой его частью, а потом насторожилась, обеспокоившись, как бы эта дружба не стала причиной забрасывания учёбы. Она потребовала, чтобы мальчик показал ей дневник с оценками. Здесь следует сказать, что отсутствие оценок для Мишиной мамы было равносильно двойке, потому как примерный ученик, по её мнению, должен активно проявлять себя на уроках, но если в дневнике нет никаких замечаний по поводу успеваемости, следовательно, он не успевал, а только просиживал штаны на занятиях. Вообще, касательно учёбы она старалась быть как можно строже, впрочем, ранее уже неоднократно описывалось почему. Миша неуверенно полез рукой в рюкзак. Он старался скрыть наступающее волнение, пряча детский взгляд в пол. Не повиноваться матери Миша не мог, так как знал, что каждое слово и действие этого человека в будущем пойдёт ему на пользу. Миша старался не рыться в рюкзаке слишком долго, дабы мама ничего не заподозрила. Когда она увидела красиво выведенную пятёрку на странице дневника, её лицо засияло новым блеском. Мама обняла малыша, а затем сказала, что как раз сегодня ради такого события она может сделать себе выходной и отправиться с Мишей туда, куда он захочет. Мальчик немало обрадовался столь заманчивому предложению, ведь последнее время они так мало бывают вместе. Правда, сразу же после своих слов мама сделала маленькую поправку, уточнив, чтобы сын загадывал в границах разумного, потому как, например, в Нью-Йорк или Сан-Франциско съездить им точно не удастся. Тут, очень кстати, в окно заглянуло солнце. Даже несмотря на то, что оно было безмолвно, Миша всё равно сумел его понять. Так толком ничего и не сообразив, они отправились на улицу с целью просто погулять. По пути им удачно встретилась одна забегаловка, где продавали «быструю еду». Дети довольно охотно липли к данному месту, поскольку вместе с вкусными булочками и пряниками хитрые продавцы вручали им дешёвые игрушки разных популярных мультипликационных героев. Думаю, излишне говорить, что Миша не стал исключением из правил. Пообещав ребёнку, что пойдёт с ним куда угодно, мама согласилась и на это. Был разгар дня. В кассу стояла дикая очередь, которая оканчивалась чуть ли не на улице, однако, это не смущало нашего героя. Время ожидания он с лёгкостью заполнил, рассказывая матери о школьной жизни. Та с интересом слушала и вспоминала себя в его годы. Вспоминалось, надо признать, с большим трудом. Наконец, подошла их очередь. Миша заказал себе столько вкусностей, сколько смог, а когда кассир добавил к их заказу ещё и классную пластмассовую игрушку человека-звезды, тот чуть не умер от переполнившего его душу счастья. Герои нашли свободный столик на двоих в уголке, и присели, забыл обо всех невзгодах. Поначалу правда в глаза мальчика неприятно светило солнышко, по всей видимости, обидевшееся на то, что они ушли из-под его согревающих лучей, но вскоре уяснило, что подобными методами ничего не добиться и поспешило скрыться за могучими спинами домов-великанов. Осень дала о себе знать. На улице потемнело, небо слегка нахмурилось. Но тех, кто был внутри уютного, хотя и многолюдного кафе, изменения погоды ничуть не волновали. Мальчик с неподдельным вниманием осматривал сидящих вокруг посетителей. Прямо перед ним за соседним столиком сидел какой-то широколобый парень лет двенадцати на вид, и с равнодушием, если не сказать с отвращением смотрел на кучу разложенной перед ним еды. Было видно, что он уже вдоволь наелся в данного рода заведениях и уже видеть не мог эти чёртовы булочки. А рядом за другим столиком сидел очень похожий на него гражданин, только в два раза крупнее по габаритам, и значительно старше. Его бедное тело утонуло в жире, как Титаник в океане, и, казалось, не ведало слова «спорт». Ну, либо оно уже давно было вписано в словарь демонических заклинаний. Если предыдущий объект слежки совершенно не реагировал на лежащие яства, то здесь ситуация оказалась прямо противоположной – сумасшедший толстяк настолько жадно уплетал быструю еду, что даже пару раз имел неосторожность укусить себя за палец. В то время как все брали по одному заказу, это человек заказывал сразу три, притом пока несли остальные два, первый он уже съедал. Персонал без зазрения совести обращался к нему на «ты» и звал его по имени, отчего создавалось впечатление, что толстяк уже давно успел стать постоянным клиентом. Недалеко от него сидела ещё одна семейка, тоже не без странностей. Странность их была в том, что число детей данной семьи, казалось, не смог бы сосчитать даже величайший математик мира. Этим ребятам постоянно не хватало стульев, поэтому несчастный отец всё время их пребывания тут обыскивал всю забегаловку на наличие лишних сидений. Хотя, сколько он ни пытался угодить своему семейству, всё равно кто-то в итоге оставался обделённым. Жена как будто то и дело рожала новых детей на ходу, и это делало её похожей на конвейер. Думаю, читатель не удивится, если я скажу, что вся еда молниеносно сметалась со столов, иногда даже до того, как обслуживающий успевал поставить её на стол. Из-за этого кассиры часто сбивались с толку – то ли они забыли положить булочку к заказу, то ли нет. Ну, и наконец, в самом отдалённом от Миши месте, у противоположной стены, забившись в угол, ёрзая на стуле, сидел загадочный тип в чёрном. Нет, маски из небывалых размеров носка с вырезанными дырочками для глаз на нём не было, но вёл он себя довольно странно. Брав в руки каждую по очереди булочку, парень со всех сторон тщательно осматривал её, а потом также аккуратно надламывал, всматриваясь в начинку, и, убедившись, что всё нормально, откладывал в сторону. Бедняга боялся, что кто-то хочет отравить его мышьяком, заранее рассчитав время и место, куда он собирается пойти. Наверное, это было манией преследования. Ему представлялось, что окружающие состоят в каком-то тотальном сговоре и следят за каждым его движением, поэтому как только он замечал на себе посторонние взгляды, то тут же прятал лицо, дабы не быть рассекреченным. Как правило, если тот парень приходил сюда, то засиживался надолго, из-за того, что не решался встать, опасаясь, что лишь только он встанет, кто-нибудь сиюминутно подбежит и будто бы не нарочно подставит подножку, заставив его упасть и в кровь разбить своё прелестное лицо о холодную кафельную плитку. Одним словом, сумасшедший дом. Когда Миша доедал очередное пирожное, он вдруг заметил за стеклом медленно перебирающегося с места на место малыша примерно своего возраста. Одет этот мальчик был в лохмотья, и его неумытое лицо наталкивало на мысль, что дитё было бездомным. Время от времени он жалобно поглядывал на помещение маленького кафе. В его глазах отражались десятки людей, беззаботно уплетающих дорогие вкусности, сидя на уютных кожаных стульчиках. От такого зрелища бурлило в животе, но бедняжка ничего не мог поделать. Никто не обращал на него своего внимания, и только когда он совсем вплотную присасывался к стеклу или набирался смелости зайти внутрь, местный персонал тут же спешил выпроводить его обратно, грозя серьёзной взбучкой на случай, если тот вновь попробует побеспокоить их. Они считали, что присутствие мальчика-бродяги отпугнёт посетителей, а соответственно и деньги. Что ж, привыкай – не всем даётся хорошая жизнь. Вот он неожиданно встретился глазами с нашим героем. Они вопрошали – почему мир кишит такой несправедливостью? Ведь и тот, и другой – дети. Но, несмотря на это, один сидит в тёплом помещении, а другой испытывает тяготы уличного существования. Миша отвернулся от него, и, вспомнив первую пришедшую в голову смешную историю, начал рассказывать её маме. Он не хотел думать об этом, омрачая праздник. На обратной дороге мама и Миша зашли покататься на каруселях. А потом стало смеркаться, и они отправились домой. Войдя в квартиру, мама моментально вспомнила про свою нескончаемую кучу дел и поторопилась на кухню, откуда следующие несколько часов были слышны только звуки шипящих сковородок и подпрыгивания крышек от кастрюль. Мальчик снова остался в одиночестве. Он сидел около кровати и задумчиво крутил в руках новую игрушку. «Ты думаешь, что ты благородный герой, а на самом деле всего лишь игрушка, управляемая кем-то свыше», - проговаривал в голове малыш. Пластмассовый человечек застыл с улыбкой на лице. «А хотя… Стал бы он улыбаться, зная о своей ничтожности?», - продолжал раздумывать герой. Нет, тут не может быть всё так просто. Мальчик взял фигурку, и, залезши на кровать, поднял руки к небу. Теперь, прыгая, ему, наконец, удавалось достать до потолочных звёзд… Вернее, игрушке, которую он держал в руках. Тут традиционно распахнулась дверь и в комнату вошла мама, твердящая, что пора спать. Перед сном она говорила первокласснику столько хорошего, что ему стало неловко выслушивать её слова. Внутри что-то забилось наружу. Кажется, это была совесть. - Я горжусь тобой, мой дорогой. Успехи в учёбе – сейчас самое главное для тебя. Поэтому, чем больше ты будешь меня радовать, тем чаще я буду радовать тебя, - сказала мама, поводя указательным пальцем у носа сына. - Мам… Знаешь… Это всё неправда, - неуверенно начал Миша. - О чём ты говоришь? Какая такая неправда? – озадаченно переспросила мама. - Я не получал пятёрки. Людмила Владимировна на самом деле поставила мне двойку по математике. А потом появился Дима и сказал, что может помочь исправить её на пятёрку. Я боялся, что ты меня станешь ругать. Прости за обман, - виноватым голосом произнёс опустивший голову мальчик. - Ах ты, наглец! Решил воспользоваться доверчивостью и добротой матери, да? Ну, так знай, что больше спуску я тебе не дам! Это как же такая дурость только в голову могла прийти? – завелась мама. - Я тебе как раз и сказал, потому что не хочу обманывать. Просто учительница сказала, что нужно было делать другие примеры, - стал оправдываться Миша. - Не желаю больше слышать ни слова! Отдай игрушку обратно и иди в угол! Ты наказан! – грозно заключила мать. - Но мама, - хотел было продолжить разговор наш герой, но тут же был схвачен отнюдь не на шутку разбушевавшейся мамочкой за руку и поведён к месту заключения. Вот так печально закончился этот осенний день. Миша стоял в углу и размышлял, нужно ли было сознаваться или нет. Конечно, долго жить с подобной ношей на совести он не мог, хотя с другой стороны, кто-то же живёт. Страшно подумать. Более того, так живёт чуть ли не большая часть земного шара, да и наверняка их ноша потяжелее, чем какое-то сокрытие двойки от родителей. Миша плакал. Очень тихо, чтобы никто не заметил. Ему было обидно слышать ругательства матери в ответ на раскаяние. А ещё ему вспоминался тот уличный мальчик с больной походкой. Ведь он тоже нисколечко не виноват. Но мир наказал его, поставив в угол жизни, глубоко и надолго. За что? Без причины. Приблизительно через двадцать минут мать вернулась в комнату и велела сыну идти спать.

Не обобщай. Наряду со всяким трешом в России продолжают делатся такие фильмы как "Дом Солнца"

Кто-то из ребят вернулся на пять минут позже, и Людмила Владимировна отчитала его, сказав, чтобы впредь все заходили со звонком. Далее она попросила, чтобы ученики достали из своих рюкзаков пеналы с канцелярскими принадлежностями и тетрадки. Все следующие сорок минут они занимались тем, что переписывали фразы с доски, проговаривая их хором. С непривычки сидеть столько времени на одном и том же месте оказалось нелёгкой задачей. Мише повезло больше остальных, поскольку мама купила ему букварь, когда он был ещё в пятилетнем возрасте, что заставило его познакомиться с алфавитом несколько раньше обычного. И теперь, пока другие старательно выводили заглавные прописные буковки, путаясь в хитросплетениях линий, мальчик уже без особого труда с фотографической точностью переносил их на бумагу. Затем наступил урок чтения. Ребятам раздали толстые ветхие учебники, которые, судя по всему, пылились в библиотеке ещё с момента основания школы. Нашему герою достался почему-то самый поношенный. Учительница скомандовала, чтобы все сейчас же открыли книжки на восьмой странице. Там шёл рассказ о мальчике, потерявшем собаку. Занятие проходило по следующей схеме – Людмила Владимировна называла фамилию одного из сидящих, и он читал вслух предложение за предложением, пока ей не захочется его остановить. Зрелище походило на балаган. Особенно досталось толстому мальчику в очках – Саше. К невезению, ему попался кусочек текста, изобилующий рычащими звуками, такими как злой лай собаки и тарахтение тракторов. Он никак не мог справиться с дефектом речи, проговаривая каждое сложное слово по нескольку раз. Ребятами начинали хихикать и подшучивать над ним, сначала тихо, а потом всё громче. Наконец, это переросло в открытый смех. А мальчик продолжал читать, краснея и запинаясь. Было ужасно обидно выделяться среди остальных. Чужие недостатки становились поводом для всеобщего осмеяния. Саша ничего не мог с собой поделать. Сколько себя помнил, он разговаривал именно так. В преддверии нового трудного слова его губы двигались всё неувереннее. Злой хохот больно бил по ушам. Из-под его очков покатилась одна слезинка, затем другая. Мальчик продолжал читать вслух, а капельки со щёк медленно сползали к губам. К горлу подступал ненавистный комок, который он сдерживал, перехватывая дыхание во время пауз. И странная закономерность: чем слабее становился голос Саши, тем смелее был смех окружающих его ребят. Не имея возможности терпеть это дальше, он остановился на середине фразы и заплакал, уронив грузную голову на парту. - Достаточно… Следующий, - выдержав небольшую паузу, произнесла учительница. Когда закончились все уроки, Мише показалось, что прошла вечность – настолько долго тянулось время в этих краях! Как и все дети, он направился к раздевалке, чтобы поменять обувь на уличную. Увлёкшись какими-то своими мыслями, мальчик забыл прихватить портфель, выходя на улицу. Он так бы и ушёл, если бы его не окликнул бежавший сзади Саша. Миша поблагодарил одноклассника за напоминание. Перекинувшись парой коротких фраз, ребята поняли, что им по пути. Почему-то только отдалившись от школьного здания, наш герой заметил, стоявшего на крыльце Диму, с которым он познакомился на первой перемене. Он стоял с какими-то двумя мальчиками, время от времени поглядывая в сторону Миши. Тот, разумеется, издали помахал ему рукой, но Дима сделал вид, что не заметил этого жеста. Подобное поведение смутило нашего героя. Саша попросил Мишу, чтобы тот шёл помедленнее, потому как у него случается одышка от столь стремительного топтания земли. Какое-то время они шли в неудобном молчании. Толстый мальчик почувствовал себя виноватым и начал оправдываться. - Прости, пожалуйста, я не нарочно сегодня так читал. Просто бывает такое, когда мозгом понимаешь как надо, а язык всё равно не слушается. У меня это часто случается, но я постараюсь измениться. - Не надо извиняться, ты ничего такого не сделал. Между прочим, когда весь класс смеялся, я сидел молча. Просто не обращай на них внимания, они сами успокоятся, - рассудительно произнёс Миша. - Да, тебе легко сказать! Попробуй тут, не обрати внимания, когда со всех сторон тебе в лицо хохочут! Ты вон как читаешь! – надулся и без того пухлый собеседник, а потом, увидев болтающийся на рюкзаке брелок, воскликнул, - О! Это же человек-звезда! Ты тоже им увлекаешься? Я не пропускал ни одной серии по телевизору! - Он самый. Когда вырасту, я хочу быть похожим на него. Мама говорит, что если хорошо учиться в школе, то потом ты сможешь стать кем угодно. Так вот, я мечтаю стать кино героем, представляешь, - ответил затронутый за живое Миша. - Правда? Ну, ради этого стоит стараться, - обрадовался Саша. - Человеку-звезде всё по плечу. Не было ещё на свете такого негодяя, который бы смог его побороть. Интересно, в какой школе он учился? И сколько же надо учиться, чтобы быть хоть чуточку похожим на него… Я, честно, не знал, что его ещё кто-то также сильно любит, - признался Миша. - У меня с ним даже журнал наклеек есть! Я тебе как-нибудь потом покажу, - остановился толстый мальчик, а затем добавил, - Ну, ладно, здесь нам пора прощаться. Завтра ещё увидимся! «Какими же разными люди могут быть внутри и снаружи», - размышлял наш герой, шагая по улице. От утренней пасмурности не осталось и следа – в небе воцарилось солнышко, которое по-отцовски обогревало всё живое своими лучиками. Серые грозные тучи обернулись мягкими перистыми облачками. Пожалуй, первое сентября – это ещё не конец света. Да, и за любым концом непременно следует новое начало. Таков закон жизни. 9 октября 1996 Итак, прошло уже чуть более месяца с тех пор, как Миша стал первоклассником. Что-то стояло на месте, а иное кардинально менялось. Малыш запомнил дорогу, и мама перестала провожать его каждое утро. Тем более что школа находилась всего в пяти минутах ходьбы от их дома. Внешний мир по истечении этих недель ничуть не преобразился, только разве погода стала чуть прохладнее, а вот внутренний мир мальчика ежедневно обогащался. Новые лица, фразы, знакомства, темы для разговоров, привычки… Миша смирился с такой жизнью достаточно быстро и без особенных упорств. Он, конечно, понимал, что всё это нужно для будущего. Появилась привычка носить портфель. Даже, если наш первоклассник выходил куда-нибудь погулять или в магазин, для того чтобы купить батон хлеба, он чувствовал, будто забыл что-то важное, когда не находил за спиной заветного рюкзака, и часто возвращался обратно. Домашнее времяпрепровождение перестало быть таким беззаботным как раньше – теперь, приходя домой, мальчик должен был заниматься подготовкой уроков. Делать их ещё и вне школы, конечно, не хотелось. Опять же, одни предметы давались мальчику хорошо, а на подготовку других уходило много времени. Миша хоть и верил своей маме, но в его голове всё равно не укладывалось, каким образом чтение историй про потерявшихся собачек и решение числовых задачек может повлиять на дальнейшее будущее? Неужели, для того чтобы стать человеком, нужно научиться складывать одни числа с другими? Его ровесники задавались тем же вопросом. Сегодня была пятница, а это означало, что впереди ребёнка ждали два прекрасных выходных, во время которых можно спать и гулять сколько угодно. По дороге в школу мальчик постоянно размышлял о том, почему бы взрослым не сделать всё наоборот – пять выходных взамен пяти учебным дням? Хотя, если бы неделя длилась дольше семи дней, то и суббот с воскресеньями было бы больше. Первым уроком значилась математика. Мише этот предмет не нравился больше всего. Если вычитывать из пыльных книжек истории, и составлять разнообразные слова с помощью букв было хоть как-то интересно, то от бесконечных сложений и вычитаний у мальчика просто кружилась голова. Людмила Владимировна как всегда была в своём репертуаре. Сегодня она снова пришла, переодевшись до неузнаваемости. Казалось, за прошедший месяц учительница ни разу не повторилась в облике. Прозвенел звонок. Дети бросились в рассыпную занимать места. К слову, несколько занятий назад класс решили рассадить таким образом, чтобы никто ни с кем не болтал во время урока, и Мишу посадили рядом с Лерой на одну из передних парт. Подобная пересадка не понравилась нашему герою, впрочем, вполне обоснованно. Каждый раз, когда у него ломался карандаш или заканчивалась ручка, и он просил одолжить у неё до конца учебного дня запасную, та отворачивалась, высоко задирала острый нос и говорила, что если ему не пришло в голову самому позаботиться о запасных ручках, то это только его проблемы, и что, если она сейчас поделится с ним, он вскоре привыкнет и станет пользоваться её добротой. А в моменты, когда на каждую парту раздавали по одной книге для чтения, Лера всегда перетягивала её на свою сторону, а не на середину, как все, объясняя своё поведение тем, что мальчики считаются сильным полом и должны уступать девочкам. Миша, может быть, и был бы рад пересесть куда-нибудь, да вот только мест не было. Урок математики Людмила Владимировна решила начать с проверки домашнего задания. Сначала она попросила честно поднять руки тех, кто ничего не сделал. Разумеется, самоубийц не нашлось – все понадеялись на удачу. Тогда учительница достала журнал, и, будто играя в морской бой, стала называть фамилию. Целься, пли! Первая фамилия названа. Из конца класса донёсся неуверенный голос ученика, сообщившего, что он не готов. Ранен и убит! Следующая цель… Следующей целью оказался Миша. Он посмотрел на учительницу, потом встал и пошёл к доске. Вблизи, на расстоянии полусогнутой руки, она казалась необъятной, совсем не такой, какой её видишь, сидя за партой. Сразу взяв в руки мел, он машинально начал переписывать содержимое тетрадки. Мальчик дважды написал и стёр запись – пример почему-то не сходился с тем, что был указан в учебнике. Вся левая ладонь была белой, так как стирал ошибки он рукой, забыл о существовании тряпки. Неожиданно, с ужасом для себя, Миша понял, что решил совсем не те примеры, которые задавались на дом, очевидно, перепутав номера. Как же так, ведь он столько потел над ними? Переминаясь на одном месте с ноги на ногу, наш герой удостоверился, что ему совершенно не под силу решить нужные примеры сходу, и решил рассказать обо всём педагогу. - Людмила Владимировна… По-моему я ошибся, и решил не те примеры, которые были нужны. Извините… Я их обязательно решу к следующему разу. - Вот как? – повернувшись в сторону мальчика, с колкой холодностью сказала учительница, а затем, уловив его напуганный взгляд, продолжила, - Я же говорила вам всем, чтобы вы меня слушались! На этом самом месте, помнишь? А теперь что? Мои слова ты, конечно, проигнорировал! В одно ухо влетает, из другого вылетает, да? Не знаю, как вы собираетесь дальше учиться с таким отношением. И это ещё первый класс! - Простите, пожалуйста, я больше так не буду, - сказал мальчик, опустив глаза в пол. - Естественно, ты будешь по-другому! Давайте сегодня я сделаю другое домашнее задание, а завтра, вместо того, чтобы пойти учиться, пойду в компьютерный клуб играть! Вот почему твоя соседка всё делает правильно, в то время как ты обязательно что-нибудь, да перепутаешь? Как это понимать? – не желала слушать бедного ребёнка вскипятившаяся Людмила Владимировна. - Но ведь у неё ни один пример до конца не решён! – заглянув в тетрадку Леры, сказал Миша. - Молчать, когда с тобой учитель разговаривает! Что это за мода пошла, перебивать взрослых? Тебя родители не учили вежливости? А, ты наверное и их слова мимо ушей проносишь! – подняла голос учительница, а затем, повернувшись к журналу, добавила, - Лера хотя бы задание правильно переписала! Давай дневник сюда. Мальчик поволочил ноги к своему портфелю. Ему было очень неприятно то, что всё это произошло на глазах у его одноклассников, которые из каждого нелепого случая могли сделать шутку дня. Он неохотно положил дневник на учительский стол. Взяв красную ручку, Людмила Владимировна вывела двойку напротив графы с математикой. Судя по всему, это не означало ничего хорошего. Самым обидным было то, что он действительно занимался математикой весь вчерашний вечер, между тем, как какой-нибудь другой двоечник смотрел телевизор. Его труд остался неоценённым. Мальчик сел на своё место и притих ещё более обычного. Соседка победоносно улыбалась, гордясь тем, что педагог в очередной раз её похвалила. Ей вообще вся учёба давалась легко, поскольку, кажется, она была любимицей Людмилы Владимировны. Это стало заметно с самого первого занятия, когда девочка обмолвилась о состоятельности своего дорогого папы. Что ж, деньги многое решают. Остальные уроки прошли как обычно, без приключений. Зато на переменах произошло кое-что интересное. Дима, Миша и ещё двое ребят из класса, с которыми они недавно подружились, решили устроить коридорные соревнования по бегу. Главным условием игры было не прийти к финишной черте последним, потому что последний в качестве наказания за проигрыш будет выполнять желание победителя. Ребята выбрали наиболее длинный коридор, затем встали в самый его конец и на счёт «три» рванулись вперёд изо всех сил. Со стороны это казалось просто – бежать по прямой из одной точки в другую. Но не стоит забывать, что во время перемены коридор был заполнен другими учениками, свободно разгуливающими и ничего не ведающими о мальчишеском споре. Маневрировать между ними, при этом удерживая скорость – вот подводные камни в игре. Поначалу, держаться удавалось всем. Потом кто-то начал отставать. Соперников становилось всё меньше. Ситуация накалялась. Мише мастерски удавалось проскальзывать между прохожих, не задевая никого из них. Он уже был на полпути к победе, как случилось нечто непредвиденное. Вдруг из-за угла, где находилась лестница на второй этаж вышла девочка, держа в руках стопку тетрадок. Наш герой хоть и обладал достаточно быстрой реакцией, но затормозить не успел. Произошло незапланированное столкновение. Они оба упали на пол, и выброшенные из её рук тетрадки осыпались вслед за ними, точно опавшие осенние листья. Миша сию же минуту поднялся, начав вслед за тем собирать разбросанные по полу вещи. - Прости, тебе не больно? Давай помогу, - беспокоился об ушибленной девочке первоклассник. - Конечно, больно, сволочь! Убирайся прочь, - потирая шишку, со злобой сказала девочка и поспешила удалиться. Второй конфуз за день. Не слишком ли много? Миша чувствовал себя разбитым, как будто это его только что ударили. Он моментально забыл обо всех спорах и развлечениях, в которые ещё секунду назад был вовлечён с головою. Когда мальчик проходил мимо крыльца, его взору представилась необычная картина. Вернее в ней не было ничего необычного , если судить объективно, однако, для него это, на ту пору, выглядело, по меньшей мере, странным. Рядом с распахнутым настежь окном, держа в руках дымящуюся сигарету, стояла та самая учительница. До сей поры мальчику и в голову ни разу не приходило, что обитающие здесь взрослые могут иметь те же привычки и пристрастия, что и другие. Людмила Владимировна, сжав левую руку в кулак, который, между тем, выглядел не устрашающе, а почему-то до боли жалко, нервно прислоняла табачную палочку к своим губам. Мише ещё не доводилось видеть курящих женщин. Ему казалось, что это настолько из ряда вон выходящее, как если бы в вечно ледяной Антарктиде вдруг начали расти пальмы. Мужчина с сигаретой во рту – это нормально, к этому мы уже привыкли. А тут… Одним словом, небылица наяву. Глаза учительницы устремлялись куда-то в небо, к взбитым и пушистым облакам. Глядя на неё, создавалось такое впечатление, что она уже там, на виражах, а тут просто стоит механическое тело, время от времени заряжаясь энергией от табака. И даже солнце освещало её как-то по-другому, по-новому. Дым, выпускаемый ею, походил на миниатюрные копии тех облачков, которые она видела. Во всём этом зрелище просматривалось что-то холодное и жалкое. Миша не стал долго наблюдать за учительницей, а предпочёл вернуться к своим друзьям, которые итак уже его заждались. Понятное дело, что до финишной черты он добрался последним. Однако мальчика это ничуть не огорчало. Ему было всё равно. Судя по счастливому лицу Димы, победителем стал именно он. Впрочем, чему удивляться – самый длинноногий мальчик в классе! Увидев Мишу, троица громко засмеялась, предвкушая наказание. Дима подошёл к нашему герою и, хлопнув его по плечу, неторопливо проговорил: - Ну, что, дружище, фортуна отвернулась от тебя. Теперь ты должен будешь сделать всё, что я скажу, как и договаривались. У нас честная игра. - Что ты задумал? – смиренно произнёс проигравший. - Всего одно желание. Сейчас, как только закончится перемена, ты войдёшь в класс и скажешь при всех, что наша учительница тупая обезьяна, - улыбаясь, сказал он. - Нет, я не стану этого делать, - опустив брови, с уверенностью в голосе произнёс Миша. - Как это? Ты проиграл по всем правилам и должен получить наказание. Или тебе плевать на нашу игру? Давай, не гони, выполняй задание, - упирался Дима. - Послушай, а если бы я выиграл, и попросил бы тебя прыгнуть с крыши, ты прыгнул бы? Должны быть какие-то рамки. Не буду я выполнять это долбанное, чёрт возьми, задание, - продолжал стоять на своём наш немало расстроенный герой. - Ты чего это стрелки переводишь, совсем с ума сошёл? Возомнил себя типа самым крутым, нереальным, блин, пацаном? Все прекрасно слышали правила, когда начинали играть, и никто тогда против не был. Зачем этот балаган устраивать? – влез в разговор третий мальчишка. - Ладно-ладно, хорош, братва. Я решил поменять своё желание, если ты так сопротивляешься. Дай мне свой дневник, - остановив приятеля, попросил Дима. Миша сжал в руках дневник и недоверчиво посмотрел на Диму. Тот кивнул, сделав жест, чтобы он передал его ему. Затем мальчик достал из кармана бритвенное лезвие, и начал аккуратно выскребать ячейку с двойкой. Все вдруг затаили дыхание, будто он перерезал провод бомбы, которая может унести миллионы человеческих жизней. Когда Дима передал дневник обратно Мише, вместо двойки там уже красовалась вылизанная пятёрка, да такая, что её невозможно было отличить от настоящей! Наш герой даже захотел обнять своего спасителя, но потом передумал, побоявшись неправильной реакции мальчишек.

Медленно, но верно эти ребята скатились в никуда( Последний альбом просто выносит мозг. Его вообще невозможно выслушать не перематывая. Неужели они сами не видят, что эти зацикленные пятисекундные сэмплы фейлят все композиции? Какими хорошими были Feel Good, Oh Melancholy Hill, Clint Eastwood, 19-2000 и какой мусор они выпускают сейчас(

Это песня из серии SA, и, вероятнее всего, нас ждёт новая игра серии SA.

Буду выдавать отрывки периодически, чтобы поддерживать интерес. Мемуары Самоубийцы. Продолжение. 1 сентября 1996 Ему снились страшные сны. И очень некстати, ведь мальчику приходилось вскакивать с постели среди ночи и судорожно хвататься за тело, дабы проверить, все ли конечности на своих местах. Обычно, когда ты пробуждаешься, сны обрываются или просто заканчиваются ничем, но этот возвращался к нашему герою постоянно, будто поджидал его как маньяк свою жертву в тёмном переулке. Во сне за мальчиком гнался какой-то огромный тип во всём чёрном, словно тень, и хотел надеть на него наручники, чтобы забрать в вечное рабство. Куда бы мальчик ни скрывался, злодей всюду его находил, прекрасно видя сквозь стены и прочие препятствия. И как только он подбирался близко, а отступить становилось некуда, ребёнок щипал себя за руку и сразу же просыпался. Однако, как только кошмары иссякли и ему вроде бы стали сниться приятные сновидения, мальчика растормошила мать. Она металась из стороны в сторону, и спросонья можно было подумать, что случилось что-то страшное. На самом деле она встала на десять минут позже того момента, как прозвенел будильник, и теперь старательно нагоняла время. Миша потянулся и неохотно открыл глаза. Затем он устремил свой взгляд на окно и слегка поёжился. На улице было пасмурно. Мать шипела утюгом, гладя недавно купленную школьную форму для любимого чада. В вазе стоял душистый букет цветов. С одной стороны, всё это навевало праздничную атмосферу, но с другой внушало недоверие к грядущим переменам. Мальчик поднялся, подошёл к календарю и сорвал один листок. Теперь перед ним красовалась многообещающая единица. Наступил новый месяц. Эх, как бы он хотел, чтобы тридцать первое августа оставалось на свете до тех пор, пока ему не захотелось бы сорвать очередной листочек, но, к сожалению, это была просто обычная бумага. Думаю, если бы каждый из нас вдруг получил возможность манипулировать течением времени как ему заблагорассудится, то в мире творился бы хаос и беспредел. Вот мальчика обернули в специальный костюм, а затем отвели к зеркалу, дабы причесать. И пока нашего героя причёсывали, он внимательно разглядывал себя в новом облачении. Точно, прямо как те взрослые ребята! Не хватало ещё обращаться к старшим: «есть, сэр» или что-нибудь в этом духе! Ребёнок медленно моргал, так как до сих пор не успел полностью проснуться. Мать, не переставая кричала, что они опаздывают, хотя на часах было только без двадцати. Признаться, Миша чувствовал себя шоколадной конфетой с блестящим фантиком. Но рано или поздно эту конфету развернут и съедят. Дорога к пункту назначения мальчику не запомнилась, так как шли они быстро, и не хватало времени даже обернуться назад. Зато как они подходили к школьному двору, он запомнил надолго. Уже издали слышался гам, и виднелась бесформенная серая масса, перекрывающая собой горизонт. Мать и сын кое-как просочились сквозь эту толпу, нашли своё место и встали в ожидании начала представления. Сказать откровенно, густо нависшие над сотнями голов серые тучи, создавали впечатление, будто сейчас должен выйти кто-то из правительственных органов и сообщить о начале третьей мировой войны. Матерь всунула Мише в руки захваченный из дома букет цветов и сказала, чтобы тот натянул улыбку как можно шире, когда будет отдавать их классному руководителю. А мальчик никак не мог понять, почему и за какие заслуги он должен дарить цветы тётеньке, которую видит первый раз в жизни? Вот если бы она уже воспитала из него человека, поделилась сокровенными знаниями, тогда это было бы хоть как-то оправдано. А сейчас? Сейчас данное пожертвование выглядело наигранным, как, впрочем, и сама улыбка. Хотя, в ходе долгих тренировок некоторые люди научились выражать окружающим искусственные эмоции, которые практически невозможно было отличить от настоящих, это всё равно ощущалось на подсознательном уровне, и нашему герою не хотелось иметь с ними ничего общего. Наконец, гул, создаваемый многочисленными детскими ртами стих, и на крыльце школы показалась пожилая полная женщина. Почему-то все сразу поняли – это директор. Мелкими шажками она добралась до микрофонной стойки, и, окинув взглядом новоприбывших рабов, задрав подбородок, сказала: - Сегодня мы собрались здесь, чтобы начать новый этап жизни. Кто-то пойдёт в первый класс и начнёт грызть гранит науки, а кто-то вернётся, чтобы с новыми силами продолжить обучение. Всё новое, преодоление определённого рубежа – это всегда праздник, и мы рады снова видеть перед собой ваши горящие глаза… Речь была долгой и занудной. Миша не понимал, зачем нужно было так рано вставать, ведь сейчас вот уже двадцать минут они ничего не делали, кроме как стояли и выслушивали пафосный бред! Он потянул маму за руку, чтобы упросить вернуться домой, но та лишь сердито хмыкнула и указала в сторону директора. Мальчик вообще уже не первый раз замечал, что взрослым всегда нравится то, что недолюбливают дети, и наоборот, словно они с разных планет, на одной из которых люди уже рождаются взрослыми. Они то и дело осуждают многочасовое сидение за телевизором, просмотры мультфильмов, а сами смотрят до боли скучные мелодрамы, а также всяческие дешёвые сентиментальные сериалы. Примеров можно привести кучу! Директриса продолжала свою гипнотизирующую речь ещё сколько угодно, но тут микрофон вышел из строя, и ей пришлось остановиться. Какой-то высоченный мужчина поднял маленькую белокурую девочку, очевидно, являющуюся его дочерью, посадил на плечи, и ей торжественно вручили большой золотистого цвета колокольчик. Народ рядом расступился. Девочка вытянула тонкую ручку, и, что есть мочи, зазвенела колокольчиком. Звон разнёсся по всей площади, так, что от него было некуда деться. Сию же минуту со всех сторон последовали такие же громкие аплодисменты. И так как Миша изначально был настроен к данному мероприятию негативно, он искренне удивлялся тем людям, которые находили в происходящем радость и веселье. Итак, после вышеописанного обряда, детишки поделились на группы, у каждого из которых был свой руководитель. У нашего героя снова пробежала ассоциация с солдатскими отрядами. Окинув взглядом других ребят, Миша увидел, что не одинок в своих убеждениях: почти все первоклассники и первоклассницы стояли с кислыми минами, обхватив своими руками просящиеся наружу букеты. Честно говоря, мероприятие более походило на похороны, чем на праздник. Под объявления директора, один за другим в помещение начали заходить группы детей. Когда она произнесла: «Первый «А»», тронулись и те, где стоял Миша. Он посмотрел вслед отдаляющейся матери. Та, встав на мыски, чтобы хотя бы каким-то образом выделиться из толпы, махала ему рукой. Миша не знал, сколько их здесь продержат, и это заставляло волноваться. Быть может, час-два, а может и несколько дней. Хитрая взрослая женщина водила их по коридорам, как по лабиринту. Наконец, они зашли в большое помещение, усеянное столами и стульями. «Ага, здесь, наверное, и происходят пытки», - подумал наш герой. Дети расселись по местам. Стол учительницы располагался так, чтобы она могла смотреть в глаза своим ученикам – он стоял отдельно от других и был повёрнут к ним. На противоположной стене красовалась гладкая зелёная доска. Разумеется, она была тут неспроста. Признаться, поначалу было немного боязно оставаться в незнакомом месте с кучей незнакомых людей, но это очень скоро прошло. Солнечные лучики пробились сквозь злые тучи и беззвучно ударили в школьное окно. Учитель сел за свой стол и стал рыться в каких-то бумагах, по всей видимости, потеряв нужную. В конце концов, поняв, что пропажа так и не найдётся, она сложила руки и задумчиво приспустила брови, устремив взгляд в пол. Очевидно, она хотела собраться с мыслями, дабы начать урок. Класс внимательно наблюдал за каждым её движением. Воцарилась непродолжительная тишина. - Хорошо, я сознаюсь, это я разбил мамину вазу, и ёлочной мишурой кота накормил на новый год тоже я! Только не мучайте меня, пожалуйста! Вот, можете взять все деньги и жвачки, но ради Бога, оставьте меня в живых! Я ведь ещё так молод, чтобы умирать! – вдруг сорвался один из учеников, и выбросив из своих карманов всё, что есть, выбежал из кабинета. - Надеюсь, больше среди вас таких нет? – с расстановкой произнесла учительница, кивнув головой в сторону сбежавшего ребёнка, а затем продолжила, - меня зовут Людмила Владимировна, и я буду ваших классным руководителем весь ближайший год. На своих уроках я не позволю вам кричать, болтать, спать, кидаться друг в друга бумажками, шептаться и строить глазки. Помните: когда идёт занятие, все должны слушать только меня. Старайтесь запоминать каждое слово, которое я произношу, вся эта информация непременно пригодится в будущем. На мои вопросы прошу отвечать чётко и быстро, так как наш урок длится всего сорок минут, а если не знаете ответа или неподготовлены к уроку, не тяните время и не отбирайте его у других. За любое ослушание я буду наказывать. Поэтому давайте договоримся заранее, и не будем портить отношений. Есть вопросы? - А скоро нас отсюда выпустят? – поднял руку один из мальчиков. Учительница грозно посмотрела в его сторону с намёком, что если его сейчас выпустят, то потом уже никуда не впустят, и, не ответив ни слова, встала и подошла к доске. Мальчик понял, что спросил лишнего, и, втянув шею, сполз по стулу, чтобы спрятаться за партой. Честно говоря, Миша представлял школьных тётенек немного по-другому. Этой на вид было от силы тридцать лет, она ярко красила губы, и от неё за версту пахло духами. Одевалась она всегда по моде, и бывало, долго говорила по мобильному телефону во время занятий. Волосы, в отличие от остальных педагогов, она никогда не собирала в пучок – ходила с распущенными. Единственное, что хоть как-то перекликалось с представлениями Миши – она была строгой. Такой, что аж челюсть сводило! Итак, Людмила Владимировна взяла мел и прописью написала сегодняшнюю дату. Затем она попросила прочитать написанное одну из девочек, но та вдруг переволновалась и запнулась, забыв, как правильно читается четвёртая буква. Тогда учительница сама прочла фразу и сказала, чтобы дети повторили её хором. Потом началось так называемое знакомство: каждый из ребят должен был подойти к доске, представиться, сказать, чем занимаются его родители и чем любит заниматься он. Многие, конечно, были не подготовлены к такому развитию событий и очень долго мялись, строя речь. Первой вышла девочка с ослепительным красным бантиком на голове. Описывать одежду ребятишек не стану – в сей знаменательный день одеты они были примерно одинаково. Она сказала, что её зовут Лера, и что её папа является преуспевающим бизнесменом. Реакция на последнее слово оказалась разной: учительница заинтересованно наклонила голову поближе к девочке, а все остальные дети непонимающе почесали затылки. За ней вышел мальчик в очках. Он представился Сашей, и сказал, что его родители не живут вместе, поэтому ему неизвестно, чем занимается папа. Говорил он слегка картавя, так что это многих забавляло и вызывало волну таких тихих смешков, прошедшихся по классу. Затем вышло ещё несколько мальчиков и девочек, но все они не запомнились нашему герою с первого раза. Ну, и, наконец, настала очередь Миши. Он поднялся с последней парты среднего ряда. Но стоило ему остановится около учительницы и, обернувшись, увидеть уставленные на него десятки глаз ровесников, как тысячу раз проговоренный в уме текст моментально вылетел из головы. Миша говорил тихо и бессвязно, так, что никто ничего не понял. Очень кстати, в этот момент прозвенел заветный звонок. Людмила Владимировна объявила, что следующие десять минут, пока не прозвенел второй звонок, они могут быть свободны. Дети медленно разбрелись по разным уголкам класса. Кто-то вышел в коридор. Миша, почувствовав прилив стыда, тоже решил выйти из помещения. Неожиданно всё вокруг изменилось: ещё минуту назад все дети сидели на своих местах, внимательно слушая учителя и не смев лишний раз повеселиться, а сейчас уже, сломя голову, носились по коридорам! Миша присел на лавочку. Рядом с ним сидел высокий мальчик. На вид ему было лет десять, но это не могло быть так, поскольку он был из того же класса, что и Миша. - Ну, и как тебе первый день в школе? Подумать только, теперь мы одни из них! Отныне сюда придётся возвращаться каждый день, - сказал он, повернувшись к нашему герою. - Да, печально, - согласился Миша, тем не менее, обрадовавшись, что кто-то ещё мыслит также как он. - У меня есть старший брат, так он каждый раз придумывает отговорку, чтобы не ходить в школу. И главное, что наши предки постоянно ведутся. Их обмануть ничего не стоит. Я тебе говорю, не всё так плохо, - начал утешать Мишу высокий мальчик. - А как же все эти шифры? – вдруг выпалил от изумления наш герой. - Какие такие шифры? Ты вообще о чём? – не понял собеседник. - Я слышал, что эти тётеньки, если им не повинуешься, ставят какие-то заметки тебе в тетрадку, а потом родители видят это и наказывают тебя. Поэтому лучше не рисковать, - пояснил свою теорию Миша. - Оценки что ли? Ой, да брось! Во-первых, ты просто можешь не показывать дневник своим родителям, а во-вторых, всегда можно взять красную гелиевую ручку и всё исправить как надо! Поверь, здесь париться не о чем, братан миллион раз так делал и всё нормально, - бодро ответил высокий мальчик. - Разве ты знаешь их систему? Как исправить плохую отметку на хорошую? Это, наверное, непросто, потому что если было бы просто, то все бы так делали, и в школу бы никто не ходил, - ни с того, ни с сего засомневался Миша. - Я тебе, блин, повторяю, у меня есть брат, который всю жизнь так делает и пока ни разу не попался. Что ещё тебе надо! Не бойся, прорвёмся. Меня, кстати, Дима зовут, - протянул нашему герою руку высокий мальчик. Миша назвал своё имя. Ему было очень приятно слышать слова утешений, тем более, что они так обнадёживающе звучали. Он чувствовал, за этого человек нужно цепляться. В остальное время они поговорили по интересам, которых, к слову, нашлось немало, и, спустя десять минут незаменимого отдыха, вернулись в класс.

Уж поверьте, прежде чем выкладывать "блестяшки" я всегда доделываю "это собственно" до конца. Многие тут поступают неправильно в том плане, что выкладывают первую главу своего произведения и завлекают читателя, а потом их вдохновение рассасывается и они всё бросают. Спрашивается: зачем начинать то, что не можешь закончить? Если я что-либо анонсирую, я всегда отвечаю за свои слова. Книга уже давно завершена. Зачем "выёживаться"? Обыкновенно, это делают, чтобы привлечь внимание, заинтересовать читателя своим произведением. Честно, не вижу в этом ничего некрасивого. Любому человеку хочется получить какую-то отдачу, особенно если он создавал произведение в течение долгих четырёх лет.